— Ничего себе, как они вымахали! — поражённо сказала Эйриан. — Никогда таких не видела! Надеюсь, что они по-прежнему становятся смирными, если их опрокинуть!
— Вот и проверим, — сказала Айлин, направляя на них палочки. Её примеру последовали остальные, а барабанщик только этого и ждал, чтобы начать настукивать ритм. Августа и Хизер тем временем выставили непрозрачную стену между берегом и плотом, на котором был Эли.
— Ну, Берна Бирюзовая, отправишь ты меня на пенсию, коли будешь продолжать в том же духе, — раздался голос за её спиной. Берна обернулась, чтобы вежливо улыбнуться профессору Яге.
— Да, ваша школа, профессор Яга, — с гордостью сказала она.
— Что и говорить, Зореслава, ты научила их работать в командах, — раздался голос Кристины Кэррик. Берна впервые её увидала сегодня — видимо, она только что появилась на свадьбе. — И много я весёлого пропустила?
— Ты себе даже не представляешь, принцесса, — сказала ей Зореслава.
— А меня тоже украдёшь? — спросил у Берны стоявший рядом с ними профессор Маклеод.
— А вы что, тоже женитесь? — уточнила Берна.
— Эх, женюсь, женюсь.
— Да что ж ты с такой тоской в голосе об этом молвишь? — просила его Яга.
— Вот именно, Тормод, — сказала госпожа Кэрик. — Хорошо, что Мэри этого не слышит.
— Дык ведь когда женюсь, из Хогвартса уйду да в Эдинбург переберусь, ко двору твоему с этикетом. Как же вы тут все без меня? — профессор потёр кулаком глаза.
— Зато Мэри будет рядом! — отвечала Яга. — И вообще, чего раскис? Смотри, как скачут репки-то! Куда там твоему квиддичу!
Луковицы-валькирии и правда скакали чудесно, но команда Эйриан не спешила загонять луковицы в горшки уточнёнными Репелло и левитацией, как ожидала Берна. Они явно замышляли что-то другое: Эйриан и Мэгги сидели на земле, закрыв глаза, а остальные стояли вокруг с палочками наготове. Затем стоявшие также опустились на землю. Неужели они собрались снова…
— А ну-ка, зрители дорогие, — прозвучал усиленный голос профессора Яги, — садитесь и вы все. Иначе, того гляди, земля уйдёт из-под ног.
Берна оглянулась, увидев, как зрители опускаются на землю, камни и прибрежный песок, а затем снова перевела взгляд на команду невесты. Из любопытства она решила остаться на ногах и тут же ощутила первый толчок. Он был довольно слабый — словно великан слегка топнул ногой. Тем временем Айлин, Констанция, Кларисса и Селина установили Репелло-крышу над луковицами, не позволяющую им оторваться от земли. И тогда невидимый великан топнул второй раз: Берна покачнулась, но устояла, отметив, что и луковицы не собираются падать. Что ж, придётся им всё-таки использовать что попроще. Но тут землю сотряс третий толчок, и Берна упала навзничь, еле удержавшись, чтобы не закричать. Однако от толпы донеслось немало визгов и возгласов, а когда Берна поднялась, то увидела, что все луковицы смирно лежат на гладких лиловых боках. Команда Эйриан принялась левитировать их в горшки, и вскоре путь к плоту был свободен. Зрители бешено зааплодировали, поднимаясь на ноги. Но когда Августа и Хизер убрали преграду, на плоту уже был не один, а семеро Элиезеров. Все они были мокрыми с ног до головы, но при этом смеялись и общались друг с другом жестами.
— И последнее испытание на сегодня, — заорал Йодль, а потом вдруг запнулся и глянул на Берну, которая пыталась незаметно стряхнуть песок с одежды. — Оно же последнее, госпожа Макмиллан?
Та моментально прекратила возиться с песком и важно кивнула головой.
— Последнее испытание! — продолжил орать Йодль. — Сможет ли Эйриан узнать Элиезера среди этих семерых молодых людей?
— Условия те же, — добавила Берна. — Близко не подходить и вопросов не задавать. На них Силенсио.
Музыканты на этот раз заиграли медленную и берущую за душу мелодию. Солнце уже клонилось к закату, и озеро сверкало миллионами бликов. Эйриан сделала несколько шагов вперёд и остановилась. Она присмотрелась к сидящим на плоту мокрым Элиезерам (Берна поняла, что все они упали в воду во время землетрясения). Затем Эйриан поставила руки в боки и выдала фразу на неизвестном Берне языке — валлийский? Конечно, он. Один из Эли закрыл рот руками, а потом не выдержал и захохотал. Ещё пару человек захохотало в толпе — Берна оглянулась и увидала, что это были мама Эйриан и валлиец Эдвин, четвероклашка из Слизерина. Отлично, вот у него потом и узнаем, что тут за шутка.
— Этот — мой, — сказала Эйриан. — И я рада, что купание с русалками и землятресение не отшибли ему чувство юмора.
Эли соскочил с плота и подбежал к Эйриан. Киприан Йодль, ставший внезапно серьёзным, подошёл к ним и велел взять друг друга за руки. Когда они это сделали, он проверил каждого при помощи Специалис Ревелио и высушил Эли Фервеско.
— О чудо, дорогие гости, это действительно они! В здравом уме, причём, несмотря на все испытания!
После чего он спросил у них, согласны ли они взять друг друга в супруги, и, получив два «да» в ответ, перевязал им руки красной лентой. Музыканты затихли, Берна снова переглянулась с Мартином, и тот дал команду, по которой весь хогвартский хор вышел на пару шагов вперёд из толпы и запел для Эйриан и Элиезера Макгаффинов безупречно отрепетированный свадебный гимн. Лента, скрепляющая две руки, вспыхнула алым огнём и рассыпалась ворохом крошечных звёзд.
— Что она ему сказала? — прошептала Айлин Мэгги, когда пение закончилось, и Йодль закричал, что объявляет их мужем и женой и что пора целовать невесту, пока никто никого не похищает. — Ты же вроде знаешь валлийский немного.
— Да не уловила я, — прошептала та в ответ. — Что-то про паруса и истинного шотландца. Не знаю, как ты, Айлин, но я замуж выходить в школе не буду. А может и вовсе пока Берна жива.
— Ты знаешь, ты так можешь никогда замуж не выйти, — продолжала шептать Айлин.
— Думаешь, она долго протянет, с такими-то замашками?
Берна хмыкнула и пообещала себе, что будет жить долго. И, по возможности, счастливо.
— А впрочем, пусть живёт долго, — великодушно решила Мэгги, стаскивая с головы помятый венок. — Можно ведь это снять, наконец? У меня уши опухли. Так вот, пусть живёт и сама замуж выходит, а мы нагрянем к ней на свадьбу и сделаем её незабываемой. Как вам эта мысль?
Айлин и остальные бурно её поддержали. Под общее ликование воздух наполнился каскадами цветов и огненными буквами. Берна увидала, как к молодожёнам бегут их родственники — младшие Макгаффины быстрее всех. Подружки невесты и товарищи жениха тоже бросились обнимать Эли и Эйриан, а потом, следуя примеру Мэгги, стащили с голов венки и бросили в озеро. Музыканты уже играли мелодию для танца «Валлийский круг», и гости возвращались обратно на поляну, где Йодль орал про возобновление танцев. Берна медлила на берегу.
— Твой голос красив, даже когда он гремит от Соноруса так, что уши закладывает, — сказал Мартин за её спиной. — Можно пригласить тебя на танец?
Берна ещё раз глянула, как русалки подхватывают венки на сверкающей поверхности воды и перебрасывают их друг другу, пытаясь поймать их хвостом или головой, а затем повернулась к Мартину и кивнула. Не добавить ли ледяного равнодушия? уточнила внутри леди Берна. Пожалуй, отложим его на потом, сказала Берна и убежала за руку с Мартином на поляну, над которой уже показался тонкий серп новорождённой луны.
[1] Фалес учил, что всё состоит из воды (лат.)
========== Глава четырнадцатая ==========
Из памфлета Бальфура Блейна, основателя комитета по экспериментальным чарам (написано в 1610 году)
Как хорошо известно досточтимым чародеям, заклинание Специалис Ревелио позволяет определять магические воздействия, которым подвергается объект. Дабы распознать чары или руны, нужно прежде досконально их изучить — невозможно узнать, к примеру, Конфундус, коли сам ты его ни разу не накладывал. Сильные чары, такие как проклятия, легко учуять при помощи Специалис Ревелио, да не каждому удастся осознать, что за тёмное колдовство тут разгулялось. Экспериментируя с заклинанием, добился я немалых успехов, задействуя свою личную особенность, согласно известному средневековому трактату. С детства я умел отлично насвистывать мелодии, а уж как по молодости выбили мне в драке один из передних зубов, так в художественном свисте мне не стало равных. Многие поражались, отчего я себе не отращу новый зуб, но одно дело красота телесная, а совсем другое — невыразимая краса наших чар. Четырнадцать различных типов свистов вывел я для сочетания их с чарами, и выяснил, что для Специалис Ревелио особенно хорош восьмой тип с гальярдным ритмом: с ним мне подвластно распознание даже тёмных заклинаний, которые в жизни сам не накладывал!