— Бенедикт всё поймёт, — твёрдо сказала Айлин и перекрасила клубкопуха в цвета Гриффиндора.
— Рейвенкло! — грозно закричала Мэгги. — Бенедикт!!
Бенедикт и двое других охотников Рейвенкло, которых я не знала по именам, перебрасывались для разминки квоффлом. Этим же были заняты гриффиндорские охотники, среди которых я узнала Эрика и Дугласа, похитителей Эйриан. Я так переживала во время всех этих свадебных испытаний — смешно вспомнить. А уж когда Берна Макмиллан вмешалась и похитила Эли, я и вовсе так перепугалась, что родители и даже Саймон принялись успокаивать. Я посмотрела в сторону рядов, где сидели слизеринцы, и разглядела профиль Берны: вздёрнутый нос и слегка надутые губы. Она смотрела не на поле, а выше, на небо, откидывая назад каштановые пряди. Непроизвольно и я взглянула на него: солнце снова пряталось за тучами. Неужели опять пойдёт дождь? Тем временем Киприан Йодль, который на этом матче выступал судьей, подал сигнал, и финальный матч начался.
— Бенедикт!! — закричала снова Мэгги, когда тот забил первый гол.
— Да уж, пусть Бен постарается, — проворчал Этьен. — А то столько баллов потеряли из-за его драк с Артуром.
И Бенедикт явно старался, но и противники не отставали. Я еле успевала следить за квоффлом, который перелетал из рук в руки с огромной скоростью. Сёстры Уизли, гриффиндорские загонщицы, казалось, были вдвое меньше семиклассников-загонщиков Рейвенкло, но при этом вдвое быстрее и ловчее. Атаки Бенедикта через раз срывались из-за меткого попадания бладжером. И всё же голы Рейвенкло забивал! Я поняла, что тайно болею за Дом Эли, хотя меня и зацепило то, что сказала Айлин. Что-то там произошло, во время битвы с Филиппой де Монфор, отчего профессор Маклеод невесел, да и расставание с Хогвартсом на носу.
Зато он женится: их с Мэри свадьба назначена на июль. Эли сказал, что она состоится в Эдинбурге: придворные магглы должны это видеть. А когда с торжественной частью будет покончено, они переберутся в Хогсмид, а там уж начнётся настоящее веселье. Свадьбу профессора Спор и Хэмиша О’Брайана отпраздновали через неделю после Элиной: рассказывают, что весь Хогсмид гулял три дня. Нас с Саймоном туда не отпустили — но, может, хотя бы к профессору Маклеоду разрешат заглянуть?
— Адам! — закричала Мэгги, и я перевела взгляд с загонщиков на ловцов, пытаясь разглядеть снитч. Сью и Адам стремительно носились по полю, но я нигде не могла усмотреть крошечный золотой мячик, за которым пришлось прыгать Коналу во время танцевального испытания. К тому же, начал накрапывать дождь, и господин Йодль объявил перерыв, во время которого игроки наложили Импервиус на свои мётлы и мантии. Эли выставил над нашими головами невидимую преграду, и я услыхала, как Мэгги с Этьеном спорят об уточнении Репелло. Я нащупала в кармане свою палочку и представила себе внутренний котёл. Зелье в котле переливалось бирюзовым, и мне вдруг ужасно захотелось направить его силу в палочку и сотворить что-то чудесное — чтобы сидящие рядом восхищённо захлопали в ладоши… Эх, я когда-нибудь тоже научусь уточнять заклинания. Уже совсем скоро — на уроках профессора Госхок. Что-то её не видно сейчас среди зрителей, но я пригляделась к ней на свадьбе Эли, и она мне сразу понравилась. Конечно же, прошептала Эльфи, она ведь бывшая наставница Этьена, и он о ней так хорошо отзывался.
Мне вспомнились слова Этьена, сказанные под елью во время свадьбы. Эльфи внутри встрепенулась от этого воспоминания и закружилась вокруг ёлки, пружиня босыми ногами на пышном ковре из мха. Разговор этот случился, когда уже начинало темнеть, а танцы на поляне становились всё более буйными. Этьен подошёл ко мне и попросил показать мою палочку, а чтобы нас никто не сбил с ног, пока он её разглядывает, он повёл меня к разлапистой ёлке, что росла в лесу недалеко от поляны. Под елью лежала, подложив руки под голову, Мэгги, которая сообщила, что «отдыхает от вида веселящейся Берны Макмиллан». Она поделилась с нами утащенными со столов угощениями, и мне очень хотелось расспросить её про землетрясение, которое они устроили с Эйриан. Но моим вниманием завладел Этьен: удобно примостившись под пахучими ветвями, он принялся рассматривать палочку. Он долго расспрашивал меня про то, как я работаю с внутренним сосудом, а затем сказал, что лучше бы было с самого начала учиться обращаться с двумя палочками. Мои родители, оправдывалась я, считают, что хотя бы к одной надо привыкнуть сначала. Этьен вздохнул, а потом выдал следующее: «Тебе ужасно повезло, Ида. Ты будешь учиться в совсем другом Хогвартсе — не таком, в каком мы с Мэгги когда-то очутились. С сентября введут много новых предметов, и обязательных, и факультативных. Гертруда об этом позаботилась — каков удар по глупости! А французские маги обязательно соберут свою конфигурацию — и, судя по тому, как всё складывается, Бобатон тоже станет на путь магического познания. Будет с кем соревноваться! И кстати о соревнованиях. Хогвартс ведь будет принимать Триволшебный турнир! И главное… Главное, Ида, заключается в том…» Я помню, как замерла тогда, а Мэгги перестала жевать. Что же может быть важнее всего того, что он уже перечислил?! «Главное, что меня назначат старостой Рейвенкло, и я уж не дам никому обойти нас по количеству баллов за год! Так что, если ты попадёшь в Рейвенкло, Ида, готовься учиться до потери сознания!» У меня дух перехватило — неужели он это серьёзно? — но Мэгги безудержно захохотала и потянула меня обратно на поляну. Этьен пошёл за нами, и, оглянувшись на него, я увидала, как он улыбается.
Дождь словно раззадорил игроков — голы посыпались чаще, а бладжер близнецов сбил с метлы одного из загонщиков Рейвенкло, который упал прямо в лужу. Ловцы кружили вокруг сестёр Уизли, и я вскоре поняла, почему: снитч словно играл с их бладжером в догонялки. Второй загонщик Рейвенкло направил бладжер в Сью, но та легко увернулась, припав к метле и сделав крутой вираж, встряхивая на лету мокрой шевелюрой. Гриффиндорки за нашими спинами закричали с новой силой. Эли шептал что-то на ухо Эйриан, и они тихо хихикали, а сестрёнка Эли задалась вопросом, почему Этьен решил, что старостой в новом учебном году назначат его — в Рейвенкло же учится мой брат! Эльфи вскинула голову, но спорить с Сестрёнкой не стала. Я посмотрела на Эли и его жену — оба они сейчас светились, как мой брат в тот день, когда он позировал для Тэгвен. Эли мне рассказал потом, что он задумал тогда. Только ему такое и могло прийти в голову.
«Вот если бы художник-чародей нарисовал портрет нашей прабабушки, Ида! Да такой, как она была в молодости! Если мы и наши родители поделимся воспоминаниями о ней, а портрет Томаса Лермонта опишет, какой она была тогда, то художник ведь сможет прочувствовать, какой она была, и уловить это в портрете! Тэгвен точно смогла бы! А там уж осталось использовать Грааль…» Но Эли тут слишком замечтался, как он мне потом объяснил. Грааль помогает лишь с целями Конфигурации, а создание портрета прабабушки, как ни крути, к ним не относится. «Хотя если подумать», никак не мог успокоиться мой брат. «Разве такой портрет не стал бы своеобразной победой над временем?» Вот и как такого Эли не сделать старостой Рейвенкло? Хотя, вставила девчонка из Кардроны, возможно старостами выбирают не мечтателей, а тех, кто может прикрикнуть на малышню. Может Эли прикрикнуть? Нет, этого я себе представить не могла.
— О нет, — услыхала я голос Айлин и посмотрела снова на игроков. Дуглас и Эрик преследовали Бенедикта, у которого был в руках квоффл, и, нагнав его, сжали с двух сторон.
— Ты же за Гриффиндор болеешь, — напомнила ей Мэгги. — Так что твоя реплика: «о да!»
Бенедикт тем временем словно рухнул вниз, вырываясь из «объятий» гриффиндорцев, и уронил квоффл, который подхватил другой охотник из Рейвенкло, летевший ниже. Ещё несколько стремительных перебрасываний — и квоффл снова у Бенедикта, и он забивает гол.
— О да, — тихо проговорила Айлин, а потом громко закричала «Гриффиндор, вперёд!» вместе с Хизер и её подругами.
— Если так пойдёт и дальше, то Рейвенкло наберёт достаточно очков, чтобы победить и без снитча, — сказал Этьен.
Но дальше всё пошло не так успешно для Рейвенкло: сёстры Уизли сбили и второго загонщика, а Сью с Адамом помчались за снитчем, что снова завертелся возле бладжера.