— Тогда плывём к берегу. Не хватало мне ещё трупа окоченевшего профессора в озере.
— Хотела сказать тебе спасибо. За вчера. Думаю, ты догадываешься….
— Догадывался я вчера. А сегодня, когда ты, обнажённая телом и открытая душой, находишься в воде, я не просто догадываюсь — я всё знаю, причём в подробностях, которые ты, возможно, не собиралась мне рассказывать.
— Я бы покраснела, но мне так холодно, что придётся обойтись смертельной бледностью.
— В общем, я за тебя рад. Ты излучаешь радость. Несмотря на смертельную бледность.
Они выбрались на берег и высушили друг друга Фервеско. Гертруда натянула мантию и плащ и спросила у Меаллана.
— А ты мне когда расскажешь то, что обещал?
— Поверь мне, сейчас для этого не самый подходящий момент.
Тут Гертруда ощутила, что Седрик проснулся. Ещё через несколько минут в её голове словно прогремело что-то, а потом раздался его голос «Гертруда!!» Она встревоженно спросила «Что случилось?» Мысленный голос Седрика выдавал крайнее волнение: «Où es-tu?![3]» Гертруда ответила, что возле озера. «Возвращайся скорее!» Быстро попрощавшись с Меалланом, она запрыгнула на метлу и понеслась к своему окну. Ворвавшись в комнату с ветром и хлопьями снега, она закрыла снова окно и увидала стоящего посредине комнаты Седрика в одних штанах и с палочкой в руке. Глаза у него были широко раскрыты.
— Гертруда, свяжи меня, — сказал он, порывисто дыша. — Обычным Инкарцерусом.
— Что? — пыталась улыбнуться она, но увидала, что он говорит это без тени шутки. — Ну, ладно. Держись. Инкарцерус!
Верёвки рванулись из её палочки и туго оплели его тело. Облизав губы, он произнёс: «Эмансипаре», и разорванные путы упали на пол. Гертруда догадалась, что происходит и посмотрела на него с восторгом, а затем спросила:
— Теперь с уточнением?
Седрик кивнул в ответ, и она снова кинула в него Инкарцерус, уточняя его на виноградную лозу. И снова он легко скинул их при помощи заклинания «Эмансипаре», которого Гертруда никогда ранее не слыхала. Она подошла к нему и прижала к себе.
— Ты. Изобрёл. Новое. Заклинание.
— Да, парное к Инкарцерусу. Проснулся — и оно пришло мне в голову само!
— Вот видишь! И для этого не надо было пить отворотное зелье!
— Как ни странно.
— Я же говорила: оно ни при чём.
— Ну, в каком-то смысле я получил освобождение от того, что меня мучило, — просто не тем способом, которым собирался.
— Правда же, этот способ не хуже?
— Гораздо лучше. Просто несравненно! — и, приглядевшись к ней, добавил, — ты купалась, что ли? Кажется, тебя надо согреть.
И, сорвав с неё плащ и мантию, Седрик на руках отнёс её в постель, чтобы ещё раз убедиться в превосходстве такого способа освобождения. И Гертруда действительно согрелась очень быстро, а выпущенные на волю бабочки безмятежно порхали и над песчаными столбами в горах Улинъюань, и над бескрайними полями цветущего огнетрава.
[1] Я не могу больше ждать (фр.)
[2] «Vous» означает «вас», а «t’» — сокращенная форма от «тебя» (фр).
[3] «Где ты?» (фр.)
========== ЧАСТЬ ВТОРАЯ ==========
Интермедия
Из средневекового сборника песен магов-поэтов «Carmina Magi», датируемого концом XIV века
Баллада о недоваренном зелье неизвестного автора
(Перевод с французского)
Как майских дней пьянящий мёд,
Как жаркий феникса полёт,
Меня твой дерзкий взор манит
И вот любви огонь горит.
Но я в тебе не находил
Ответной страсти и грустил,
Затем отчаялся — и вот
Варю я зелье-отворот.
Я белладонну раздобыл,
Пиявку кровью напоил,
Котёл наполнил я водой,
И вдруг — стоишь ты предо мной.
Затрепетало всё внутри!
Но я сказал себе: вари!
Пусть хмель душистый упадёт
В котёл, где зелье-отворот.
Но всем сомненьям вопреки
Пиявку ты сняла с руки
И мне поведала, обняв,
Как прорастает огнетрав.
И вот стою и не дышу -
В полях твоей души брожу.
Так прочь же, зелье, из котла —
В костре любви сгорю дотла.
Из разговора исследователя трансграальной метамагии с его подругой-писательницей
— Прочёл половину твоего романа.
— И что скажешь?
— Это точно основано на том, что мне рассказала Моргана?
— Конечно. Разве не узнаёшь?
— Что-то узнаю, конечно. Но все эти подробности! Фантазия у тебя под стать Моргановской.
— Я засчитаю это как комплимент. К тому же, сам говорил, что нужно завраться. А как тебе научно-магические пассажи?
— Смотря какие. У тебя Берна, выходит, не знает, что она синестет?
— Как она может знать об этом, если она и слова такого никогда не слыхала?
— Я имею в виду, что она не замечала за собой этой особенности, пока не начала практиковаться в Сенсибилитасе.
— Она слишком слабо проявлялась, чтобы она могла заметить.
— Понятно. Авторство анонимной баллады о зелье ты приписала Сен-Клеру — интересный ход. Вывела из этого все эти рождественские страсти между ним и Гертрудой.
— Слишком уж хорошо ложилось. К тому же, у тебя есть доказательства, что не он автор баллады? Нету? Ну, вот и славно.
— Допустим. Но вот открытая лесбийская любовь в XIV веке — это перебор.
— Не для Зореславы Яги.
— Да они вообще у тебя как-то все, не особо стесняясь, проявляют свои чувства! Словно и не средневековье вовсе.
— Слушай, тогда люди и женились раньше, и любили смелее. Это сегодня у каждого — сплошные… issues.
— Ты хочешь сказать, тараканы,
— Они, родимые. К тому же, не все мои персонажи так уж открыты. Но они ещё раскроются.
— Посмотрим. И эротики уж добавь тогда, раз они раскрываться начнут.
— Думаешь, стоит? Может, я лучше потом эротические спин-оффы напишу? Есть парочка идей. А тут всё-таки речь о Граале…
— Я не вижу, почему Грааль не совместим с эротикой.
— Ну что ж, доверимся в этом вопросе исследователю трансграальной метамагии…
— Очень смешно. И добавь Айдана Макфасти побольше! Что-то он у тебя всё время за кадром остаётся? И драконов!
— Хорошо, только ради тебя, отправлю Макфасти к драконам на Гебриды.
— Отлично. Тогда не буду отвлекать тебя от драконов.
— Это мудро. Не стой между писательницей и её драконами. Увидимся!
— И конспектов я тебе донесу, а то матчасть у тебя провисает немного. Анахронизмы встречаются…
— Берегись, драконы уже просыпаются!
— Всё, ушёл.
========== Глава первая ==========
Из книги «Увлекательное драконоведение» Тилли Тоук, носительницы Ордена Мерлина первого класса (опубликовано в 1937 году)
Клан Макфасти, много столетий занимавшийся драконоводством на Гебридских островах, разделился со времён перехода этих территорий под власть Шотландии в XIII веке (до этого они принадлежали Норвегии) на Северных и Южных Макфасти. Северные Макфасти жили на острове Скай, а Южные — на Малле, деля между собой ответственность за обитающих на островах драконов. Чёрный гебридский дракон, будучи крупной и агрессивной породой, доставлял клану немало хлопот. Драконы не только перелетали с острова на остров в поисках добычи, но также порой совершали нападения на Шотландию и Ирландию. Таким образом, клан постоянно совершенствовался в техниках групповых полётов на мётлах и командной работы. Дружеские соревнования между Северным и Южным кланами происходили ежегодно летом и носили название «Драконьи Игрища».
Айдан Макфасти, январь 1348 года
Иниго снова убежал вперёд по заснеженному лесу и пропал из виду. Вскоре его лай стих, и я остался в зимней тишине один на один со своими думами. Мэгги ещё явно спала, так что её голос тоже не нарушал моего морозного утреннего уединения. Впрочем, она в последнее время была на своей волне — судя по всему, запущенной Морганой, — и задавала мне вопросы совсем редко. Я не знаю, стоит ли мне пытаться вернуть её к усиленному постижению магии земли или пусть всё идёт своим чередом. Правда, она специально осталась в Хогвартсе на каникулах, чтобы мы с ней позанимались, но всё как-то не складывалось. Вот, отметил Воин, ты в этом весь: дать событиям идти «своим чередом», а потом тосковать от того, что всё зашло не туда.