— Ты используешь Экспекто Матронум? — медленно произнесла она. — Говорят, Экспекто Патронум не работает у тех, кто не знал своего отца или же натерпелся от него всякого. Побои, например…
— Меня никогда не бил отец, — проговорила Мелюзина, чеканя слова. — Никогда. У нас с ним прекрасные отношения. У нас дружная семья.
Меч Мелюзины погас, а за ним — и меч Берны, которая почувствовала себя опустошённой. Дементор снова ушёл в тень, и Берна запоздало подумала, что дала своей третьей субличности не совсем удачное имя. Ведь она не такая — воительница Берна, разве нет?
— Просто… просто мама рисует хорошо, — вдруг заговорила Мелюзина совсем другим тоном — словно оправдываясь. — Мне так нравятся её картины. Часами могу смотреть на них. Особенно портреты меня с братом, которые она рисует с раннего нашего детства. У меня просто не выходил патронус, а при помощи Экспекто Матронум и мысли о картинах — у меня получается. Только и всего. А ты сразу — побои.
— Ну, извини. Я просто так спросила — всякое ведь бывает. Не обижайся. И, знаешь, на сегодня хватит, мне кажется. Я пойду в библиотеку. Мне нужно… к трансфигурации подготовиться на завтра — анатомические атласы животных просмотреть. А то после обеда у меня репетиция хора.
Мелюзина молча кивнула, а Берна спросила у себя, почему она не рассказала подруге, что ей предстоит ещё и разговор с профессором Госхок. Потому что ты его боишься, сообщила ей леди Берна. Пуще встречи с мантикорой.
В библиотеке, куда Берна направилась без всякого желания изучать анатомию обитателей лесов и полей Британии, а просто, чтобы побыть до обеда в одиночестве, она остановилась на пороге, как вкопанная. За её излюбленным столом у окна сидел молодой человек с длинными рыжими волосами. Это же этот француз — как же его? — господин де Сен-Клер, ученик профессора Госхок! Ну конечно — он же бывает порой в Хогвартской библиотеке, а также и в частных коллекциях постоянно околачивается: и Ипполита, и Мелюзина говорили, что он посещал их замки с этой целью. А тут он сидит только до обеда, но никогда — после. Видимо, избегает встреч с учениками — или ученицами, ехидно вставила леди Берна. Может, ему наставница это запрещает? Про них рассказывают много интересного…
Сен-Клер оглянулся и, увидев её, учтиво склонил голову. Берна кивнула в ответ и направилась к господину Бланкрадоку. Этот француз — ведь старший брат Серафины, погибшей весной от рук магглов-охотников на ведьм? Значит, магглорождённый, как и сестра, значит, аристократ. Берне пришла в голову вздорная мысль.
— А нет ли у вас чего-нибудь, написанного магглами, по оружию и способам владения оным? — поинтересовалась она у архивариуса.
Тот удивлённо глянул на неё поверх очков.
— Нечасто такое спрашивают! Надобно глянуть в секции маггловской литературы. Подождите немного, сударыня.
Бланкрадок зашаркал в сторону особо пыльных стеллажей с трудами, вышедшими из-под пера магглов, и вскоре исчез из вида. Краем глаза Берна следила за Сен-Клером — перед тем лежало несколько фолиантов в массивных кожаных переплётах, один из которых был стилизован под драконью чешую. А, может, и, правда, чешуя? Брат Серафины выписывал что-то в собственный свиток, а затем прервался и замер. Секунда, другая — и вот он уже строчит что-то на другом пергаменте, явно не скупясь на кляксы.
— Вот, извольте, госпожа Макмиллан, нашлось описание требушетов — подробнейшее, с чертежами. Подойдёт вам?
— Несомненно, — пробормотала она и взяла из рук архивариуса солидный фолиант, содержавший ценные сведения о неизвестных ей требушетах. Она выбрала столик через один от Сен-Клера, уселась, распахнула книгу и уставилась на диковинные чертежи, напомнившие ей графики профессора Диггори.
— Это вы к очередному бою у профессора Яги готовитесь? — тихо спросил её с улыбкой француз, отложив свои свитки и повернувшись к ней. — Будете уточнять Репелло? Думаю, до Репелло в виде требушета даже де Шатофор ещё не додумался. Седрик де Сен-Клер. К вашим услугам. Вы ведь — Берна Макмиллан?
Ирландский акцент куда соблазнительнее французского, подумала Берна, поморщившись и бросив Сен-Клеру надменный взгляд. Знать бы ещё, что такое этот требушет… Впрочем, её план пока работает — надо действовать дальше.
— Она самая. Приятно познакомиться, господин де Сен-Клер. А Репелло мне уточнять не надо — я и без него справляюсь. У меня есть меч Древнейшего и Благородного Дома Макмилланов.
— Конечно, прошу прощения за глупый вопрос, — он хотел было снова отвернуться, но Берна прошептала:
— Господин де Сен-Клер, вас учили в детстве владеть мечом?
— Как же без этого? Я же из семьи магглов, — ответил он с ударением на этом слове. — Правда, мечи были деревянные и совершенно без древней и благородной магии.
Берна прикусила губу. Чтобы продолжить разговор в том направлении, которое ей нужно, придётся сменить тон. Леди Берна хмыкнула, но Берна попросила её временно помолчать.
— Понимаете ли, магглы чаще обращаются с оружием, так что они наработали… некоторые приёмы. У меня не очень выходят выпады и…
— Госпожа Макмиллан, вам показать несколько финтов?
— О, я не хочу вас отвлекать…
Он посмотрел на неё с ухмылкой.
— Только не говорите моей наставнице сегодня — у вас же с ней разговор намечается.
Берна нахмурилась, вспомнив об этом, но её уже захватывало чувство приключения, отчего зачесался укус докси. Вместе с Седриком, как она уже называла его в голове, они сдали книги и вышли из библиотеки.
— Комната по Требованию? — спросил Седрик. — Вряд ли там сейчас кто-то есть. Или прогуливать нынче модно?
— У меня освобождение от доктора Лохрина, — гордо сказала Берна. — И да, можно попробовать Комнату по Требованию.
Пробираясь мимо классов, где шли занятия (и порой доносились крики и прочие шумы), они дошли до лестниц, которые явно дремали или просто копили силы для перемены. Комната по Требованию гостеприимно распахнула двери — внутри оказался ковёр с коротким ворсом на всю длину пола, а по краям стояли подставки для оружия с маггловскими мечами всех размеров, как деревянными, так и металлическими. Седрик подошёл к ним и стал вытаскивать один за другим, пробуя их баланс и делая финты.
— Отвык я уже от мечей — всё больше палочки и лютня бывают в руках.
— Вы играете на лютне? — удивилась Берна. — Надо же!
Он усмехнулся и протянул ей один из недлинных деревянных мечей.
— Попробуйте вот этот.
Берна взяла его в руку и ужаснулась: после невесомого ощущения меча, вылетающего из палочки, деревянное оружие казалось невыносимо тяжёлым и неудобным.
— Мерлин всемогущий, как этим вообще можно сражаться?
— Ну, тогда вызывайте свой меч.
Берна хотела это сделать, но ощутила, что фамильная супница после тренировки с Мелюзиной почти пуста — надолго её не хватит.
— Придётся для начала всё-таки с этим, — вздохнула она. — Сил маловато.
Седрик кивнул и показал ей фехтовальную стойку. Через минут десять у неё уже болела кисть руки, ныло тело, а в голове даже мелькнула отчаянная мысль о том, что доктора не просто так дают освобождения от занятий. Но всё-таки она отложила деревянный меч и вызвала световой — чтобы попробовать им пару выпадов и финтов, которые ей показал Седрик. Тот смотрел на него с большим интересом — неужели впервые видит? Да нет, не может быть. Наверняка уж перед магглорождённым за семь лет его обучения в Хогвартсе засветился кто-нибудь из Благородных Домов. Как же иначе? Внезапно Берне страстно захотелось произвести впечатление на ученика профессора Госхок.
— А я сегодня сделала открытие, между прочим. Хотите, покажу?
— Открытия я люблю — буду признателен.
— Тогда извольте вызвать патронуса.
Серебристый дракон сорвался с его палочки мгновенно и взмыл под потолок.
— Гм… а вы можете попросить его опустится пониже?
Седрик посмотрел на неё вопросительно, а дракон стал медленно спускаться вниз. Берна сделала резкий выпад, вынося правую ногу вперёд, как её только что научили, — и зацепила крыло патронуса. Тот погас и исчез, а Седрик вздрогнул и тут же навёл палочку на Берну, которая ощутила уже знакомый прилив сил и серебристый вкус во рту. С лица Сен-Клера сошла улыбка.