– Эля нет дома. Вы что-то хотели? – уверенно перебивает меня парень. – Он нескоро вернётся.
– А вы…, - слова не связываются в предложение, да что же со мной творится?
На правой руке парня свернулся клубочком белый дракон. Татуировка. Очень изящная и реалистичная, я бы даже подумала, что ящер живой, если бы верила в сказки.
– Я Феб, - парень протягивает руку, и я замечаю еще одну татуировку, покрытую коркой льда, - сын Михаэля. Заходите, не стойте на пороге, - не успеваю опомниться, как за моей спиной уже – закрытая дверь, а перед глазами – заснеженная квартира.
За окном уже наступает февраль, но зима только начинается.
Кровавая весна
*** Прошлое ***
Под ногами – овраги и кровь, за плечами – отцовский плащ. Я бегу по лесу, стараясь не оглядываться назад. Если меня догонят, церемониться не будут – убьют на месте. Я теперь хранитель тайных знаний. Я не сдамся врагам!
К вечеру крики в лесу стихают, и устало плюхаюсь на землю. Платье разноцветным ковром стелется, словно образуя вокруг меня защитный круг, но оно не спасает от холода. Всё-таки ранней весной лучше не сидеть на земле.
Ветер несёт с собой пьянящий запах цветов.
«Странно», - думаю я. – «Разве могли цветы распуститься в марте, в такие холода?»
Когда я закрываю глаза, запах становится сильнее. Он дурманом опутывает голову, от страха мне хочется вскочить на ноги и бежать отсюда далеко..., но тело не слушается. Мне остаётся только смотреть, как женщина в терновом венце протягивает руку, оплетённую травами.
– Вставай, дитя моё, - говорит женщина, и я повинуюсь.
Тело моё оплетают тонкие стебли, дыхание моё отныне – аромат цветов.
– Прости, что подвела тебя, отец, - последний вдох старой жизни, прежде чем меня не станет.
– Твои тайны уйдут в землю. Она умеет хранить секреты, - странная улыбка женщины уже не пугает меня.
– Вы ведь Ветте, да? Богиня природы, - спрашиваю я, и чувствую, как всё внутри заполняют цветочные побеги.
– Конкретно сейчас я твоя смерть, - задумчиво говорит женщина, сняв с головы терновый венок и задумчиво крутя его на запястье. – Но обычно – да, бог природы. Теперь всё будет по-другому, девочка. Как тебя зовут?
– Настасья.
– Ты будешь моей весной. А пока что – умирай, дитя моё, - она улыбается и берёт меня за руку. – Пойдём, я покажу тебе новый мир. Люди больше не тронут тебя.
Мы идём по ковру из цветов и умерших тел. Отец не хотел бы для меня такой судьбы, но изменить уже ничего нельзя. Я – хранитель тайн, погребённых под землёй. Я - новая Весна этого мира.
Март
Макс стоит посреди поля, заваленного трупами, и судорожно сжимает в руке полупустую бутылку мартини.
– Пусть это будет сон. Это всё сон, дэ Мартини, просто грёбанный кошмар, - он зажмуривается и видит яркие пятна, вспыхивающие под опущенными веками; пятна складываются в странные фигуры. – Ты набухался. В хламину, а не как обычно. И это кошмар. Точно-точно кошмар, - он открывает и закрывает глаза, трёт их кулаком, пытаясь убедить себя в нереальности происходящего.
Лежащий у его ног человек стонет и пытается протянуть к Максу дэ Мартини руку. Парень брезгливо отшатывается и наступает на кого-то сзади. Раздаётся крик. Макс оступается и падает на колени, упираясь ладонями в землю.
Его слегка пошатывает, глаза закрываются сами собой, но Мартини делает усилие. Он с отвращением и злостью осматривает белые кеды, покрытые нелицеприятными пятнами, и свои руки, перепачканные землёй. Нет, здесь Макс не хочет отключаться.
Поднимает голову, выискивая место, где бы не было мерзких трупов и не менее мерзких умирающих, тянущих свои руки к единственному способному передвигаться человеку - Максу. В паре сотен метров от поля он видит лес.
«Вот там точно будет меньше этой липкой хрени. Нужно туда пробраться», - думает Мартини и, поудобнее перехватыватив бутылку, прикладывается к горлышку и делает жадный глоток.
– Вот так получше, - скалиться Макс, и, почти не обращая внимания на происходящее, идёт по телам, иногда морща нос от резкого запаха, которым пропитан воздух.
Парень добирается до леса и оборачивается назад. Перед ним поле, заваленное трупами людей. Но Максу насрать. Он их не знает, они его не знают, и вообще это всё сон.