Встретиться взглядом с Морнэмом. Усмехнуться, увидев обескураженные лица товарищей из отряда.
***
– И он один раскидал целый отряд?
– Я тебе отвечаю! Когда мы подбежали, там уже ни одного живого северянина не было.
– Это не под силу нормальному, обычному человеку!
– Да он просто… ой!
При виде приближающегося Рея, предмета их обсуждения, два легата, стоящие в очереди за ужином, пристыженно смолкли. Воин встал позади них, все время, проведенное в ожидании, пытаясь пересечься взглядом с Ан. Но та будто специально избегала его. Наконец, он подошел со своей тарелкой.
– Привет, что ли…
– Тебе рис или гречку? – сурово откликнулась Аннаэль. Рейгар устало вздохнул.
– Ан, да что случилось?
– Рис или гречку? Ты очередь задерживаешь.
Рей прекрасно понимал, что после сегодняшнего, он мог хоть всю ночь тут простоять, и никто ему ничего не сказал. Но он боялся немилости девушки, поэтому буркнул «гречку», получил свою порцию и отошел к столам.
Он съел уже половину совершенно безвкусной каши, не отрывая взгляда от раздающей пищу и всё так же не смотрящей на него девушки, когда над его ухом раздался голос:
– Не помешаю?
Рей, не взглянув на собеседника, кивнул. Неизвестный сел рядом с воином, ближе, чем тот ожидал, и чем ему хотелось бы. Альдар немного подвинулся и посмотрел на соседа. Горбатый старик, в длинном синем балахоне, ответил на его взгляд.
– Ренто Прайс. Алхимик.
На сморщенном землистом лице сверкнули желтые, почти кошачьи глаза. Редкие седые волосы пытались скрыть макушку, покрытую старческими веснушками.
– Альдар. Воин.
– Лучший воин этого отряда, – изогнув в подобии улыбки узкие губы, исправил его Ренто.
– Лучший воин – Морнэм.
– Он командир, ему положено. А вот среди его починенных нет равных Рейгару Табарду.
Рей напрягся и отодвинул тарелку. Краем глаза он заметил, что Ан, будто почувствовав, отвлеклась от раздачи пищи и устремила взгляд к ним.
– Вы что-то путаете. Меня зовут…
– Ренто ничего не путает. Это ты запутался, мальчик. Разве ты должен быть здесь? Разве тебе не предназначена высшая цель?
Внутри Рея вдруг все похолодело. «Да кто он, черт возьми? Он говорит о Пророчестве? Откуда он о нем знает? Откуда он вообще взялся?».
Рядом раздались возмущенные возгласы. Рей поднял голову и увидел, что Аннаэль, оставив чаны с рисом и гречкой и голодных солдат, направляется к ним. Старик тоже это заметил и приподнялся, будто желая уйти.
– Надолго ты тут не задержишься. Помяни мое слово.
Когда Ан подошла к столу, за которым сидел легат, Ренто уже скрылся среди солдат.
– Что он хотел? – напугано спросила девушка.
– Да не знаю. Назвал меня настоящим именем. Сказал, что мне тут делать нечего и надолго я не задержусь. Ты знаешь его?
– Да. Ренто Прайс. Главный интриган и сплетник Востока. Не связывайся с ним.
– Откуда ты знаешь?
– Пока ты сражаешься, я не только картошки чищу и лекарства варю. Я завожу знакомства, полезные и вот такие.
– Я все равно не понял, что ему нужно было.
– Ты всех удивил сегодня. Удивил и напугал. Нельзя было делать того, что ты сделал.
– Да что не так-то?
Ан покраснела от злости и прошипела.
– Ты в одиночку раскидал целый отряд Севера. Один! Двадцать человек! Это ненормально! Морнэм уже послал отчет Даорану. Ждем его приказа.
– Не думаю, что меня будут ругать.
– О нет. Ругать не будут. Могу допрашивать. Ни в коем случае не говори про те лекарства, что я тебе даю.
– Кстати, давно хотел спросить. Почему ты не можешь сделать такие же всему отряду? Или всей армии. Мы были бы непобедимы!
– Идиот, – сплюнула Ан. Рей поморщился.
– Эй! Я же нормально спросил. Ингредиенты, что ли, редкие?
– Ты болван редкий! Не каждый выдержит изменения, которые вызывает это лекарство. Ты… сильный. Тебя эти лекарства стимулируют, но любого другого неподготовленного воина они убьют.
– То есть, нужно быть очень сильным, чтобы они помогали так, как мне?
– О да. Нужно быть выдающимся воином.
Рейгар горделиво приосанился. Конечно, ему и раньше говорили, что он очень силен, но похвала Аннаэль отчего-то была особенно приятна. Девушка, увидев, как расцвел от ее слов воин, закатила глаза, но все же примирительно улыбнулась.
– Никогда так больше не делай. Иначе я буду ругаться.