И Хес рассказала, что баронет приказал позаботиться обо всем, чего бы ни попросили гости, поэтому мастеров для ремонта кареты отыскали в тот же день, как ее доставили к дому. Рыцарям помогли найти оружейника, и тот обещал привести в порядок доспехи, кольчуги и мечи. Лошадей разместили в конюшнях и привели кузнецов, чтобы заново подковать некоторых.
— Я пыталась аккуратно разузнать о плате за такую щедрость, но, оказывается, баронет оплатил все. И он не намерен брать деньги с нас. Это меня очень смущает. Ведь по отдельности любая работа из тех, что он оплатил, дорога, а тут все и сразу…
Хес закончила прическу, и Кайла смогла обернуться, чтобы ответить, глядя в глаза подруге:
— Я герцогиня разоренных земель, и я не откажусь от помощи из гордости или из-за слухов. Раз он не просит платы, значит, я поблагодарю его словом. Нашла ли ты ювелиров?
Хес покраснела и опять закусила губу. Кайла попросила ее продать несколько ожерелий, но она была против, и, видимо, никуда не ходила.
— Эти ожерелья носила ваша прапрабабушка! Вы не должны продавать их!
— Мне нужны деньги, — напомнила Кайла. — Если ты не пойдешь к ювелиру, это сделаю я. Пусть вся столица шепчется, что герцогиня лично ходит и продает свои украшения…
Хес сдалась и на следующий день принесла Кайле два туго набитых деньгами мешочка.
— Красивые камни не спасут от голода, а на эти деньги я смогу купить и муки, и зерна, — сказала она подруге, и та расплакалась.
— Кайла! Мне обидно… Обидно за вас! Разве справедливо, что вам, дочери и сестре героев, приходится искать деньги на еду?! — слезы катились по круглым щекам Хес.
— Именно поэтому мы приехали в столицу. Император вознаградит нас за победу в войне, и у нас появятся деньги. Теперь осталось только подготовиться к балу.
Кайла не знала, чего ожидать от первого в ее жизни бала, не знала, как себя там вести и что делать. Дома она нашла книги, в которых объяснялись основы этикета, но они были написаны так давно, что не стоило им верить во всем — правила могли измениться. И, боясь опозориться, она решила обратиться за помощью к Риару Адену.
«Лучше слухи о том, что я учусь этикету, будучи взрослой, чем позор на глазах у императорской семьи», — успокаивала себя Кайла.
— Господин уехал, только завтра вернется, ваше сиятельство, — доложил ей старичок, когда она попросила о встрече.
— Тогда скажи, есть ли здесь библиотека?
И старичок с поклоном проводил ее в нужное место.
— И как здесь найти нужную книгу? — спросила Кайла, разглядывая заполненные шкафы высотой под самый потолок, полностью закрывавшие стены в просторном зале.
— Скажите мне, что вы желаете прочесть, и я все подберу, — с готовностью отозвался слуга.
— Все, что касается этикета, — попросила Кайла. — Подготовь и сообщи мне. Читать я буду здесь.
Нужные книги были готовы на следующий день, и Кайла пришла в библиотеку. Две ровные стопки лежали на столе у окна, к которому подвинули одно из массивных кресел с бархатной обивкой и даже мягкую подставку для ног. На столе поменьше слуги оставили графин с лимонадом, пару кружек из тонкого фарфора, вазочку со сладостями и бронзовый колокольчик.
В библиотеке отсутствовал камин, поэтому Кайла попросила Хес принести шаль. Завернувшись в нее, она села в кресло и открыла первую книгу, предвидя скучные часы учебы. Слуга позаботился, и сверху лежало издание, на толстой обложке которого красиво написали название «Подруга каждой культурной леди». Книга представляла собой сборник правил поведения для молодых дворянок, которым только предстояло выйти в свет.
Старое издание книги Кайла изучила дома, а изменения, внесенные в новое, оказались незначительны, и она быстро их запомнила. Однако книга не дала ответа на вопрос, как проходят императорские балы и как правильно вести себя там. Отложив ее, Кайла стала изучать другие.
Когда рукописные буквы на желтоватых страницах слились в черное, неразличимое пятно, она, наконец, закончила чтение и перевела взгляд за окно. Сумерки серой пеленой затянули все вокруг, и она смахнула выступившие слезы на пересохших глазах.