Увожаемая леди!
Мы с ребятами покумекали и не поняли конечно до конца зачем вам это, но решили что не спрашивать. Надо так надо. Нам конечно не особо приятно дело иметь с этими ребятами, они страные слишком. Но если как вы пишете они деньгами не обижают то почиму не попробовать. Мы до лета в Каховке сидим, а к лету тогда перебиремся к Дубровке.
Венус понадобилось минут пятнадцать, чтобы разобрать кривой почерк разбойника. «Мама переписывалась с ними и звала сюда, но зачем? И что за странные ребята, которые деньгами не обижают?». Но со следующим письмом пришлось понимание. Оно было выполнено на черной вощеной бумаге. Белые буквы, от которых пахло известью и еще чем-то неприятным, жались друг к другу, будто боялись писавшего их.
Леди Мирра.
Сказать, что наш приход был удивлен, когда получил Ваше письмо, – не сказать ничего. Вы правы – мы нуждаемся в покровителях, но, насколько мне известно, Вы и Ваш дом сейчас и сам остался без защиты. Не подумайте, что я глумлюсь, нет. Я предлагаю объединить наши силы и вместе работать над высшей целью – поисками панацеи. Я принимаю Вашу помощь. Если эти разбойники действительно готовы поставлять нам «объекты» и после этого у нас не будет проблем с законом, то мы готовы оплачивать их труд по расчет 3 злотых за голову до 3 лет, 2 злотых – после трех. Вам же с каждого «объекта» будет причитаться по 50 сребряных. Если наши условия Вас устроят, дайте знать.
С уважением, З.
Несколько минут девушка просидела, не в силах поверить в то, что она прочитала. Пума замерла после нее, не смея пошевелиться.
– Как она могла? – прошептала Венус. – Это же дети.
– Ей нужны были деньги, – склонила голову пума. И тут же, предупреждая возмущение подруги, добавила. – Я не оправдываю ее, но понимаю, почему она это делала. Что ж, главное, что мы не допустили этого.
– Но сколько подобных историй происходит по всей стране? – чуть не плача откликнулась Венус. – Сколько детей пропадает и никто даже не догадывается куда?
Блондинка грустно покачала головой и начала снова рыться в бумагах, разбросанных теперь по всей комнате. Наконец, она нашла то, что искала. Конверт, из той же бумаги, на которой было написано письмо. Аврора протянула его Венус. Та вчиталась в обратный адрес.
– Почтамт Бумажного района Джаримеса. Они не афишируют адрес. Видимо, и мама писала до востребования.
– И что ты думаешь делать? – Аврора складывала бумаги обратно в шкафчик. Венус непонимающе склонила голову. – Ну, ты узнала примерно, где они обитают. При желании можно их найти. И наказать.
– Я… если честно, не думала, – рыжая растерялась. Аврора разочарованно вздохнула.
– Вот отсюда все проблемы. Всем все не нравится, все против, но как сделать что-то…
– А что я могу? – обиженно протянула Венус. – У них огромная организация, наверное. И серьезные покровители.
– В любой организации есть слабости. Даже разбойники, которые держали в страхе нас столько лет, оказались совершенно неподготовлены к пуме. Да и эти служители сделали ноги. Они обычные люди, пойми. Не боги. И справиться с ними можно как с обычными людьми, – чуть погодя, девушка продолжила. – Но я не давлю на тебя. Просто… надеюсь, когда-нибудь ты решишь эту проблему, Избранная.
Аврора вышла из комнаты. Венус машинально продолжила собирать бумаги и складывать их в ящик стола. «Наверное, стоило сложить все аккуратнее», – подумалось девушке, когда дверца отказалась закрываться. Венус толкнула ее. Потом еще, и еще. Раздался треск старого дерева и ящик, развалившись на доски, обрушился вниз. Венус злобно зарычала и хотела выйти из комнаты, но привитая матерью тяга к порядку не позволила ей этой сделать. Девушка встала на колени, чтобы достать бумажку, залетевшую под кровать. Она никак не могла дотянуться до нее и, в итоге, просто легла и поползла к ней. Наконец схватив непослушный листок, девушка вытянулась на полу, пытаясь отдышаться. Взгляд ее натолкнулся на пачку бумаг, перевязанных бечевкой и закрепленной на днище кровати. Девушка оторвала бумаги и вылезла наружу. Сев на кровать, она начала перебирать бумажки. Они были полезнее тех, что хранились в столе. Здесь была дарственная на дом от Правителя, свидетельства о рождении всех детей леди Мирры, справка от галифаксов, что Карас Венга «погиб в результате утопления», злобное письмо-вызов от Правителя, адресованное ее отцу, в котором Правитель обвинял его в убийстве особы высокой крови. После шло извещение, в котором говорилось, что «Мандор Венга был казнен 11 числа Месяца Белых Деревьев за государственную измену, в захоронении на кладбище для благородных господинов на территории дворца ему было отказано». Венус отерла глаза от слез, пообещав себе до возвращения к Энею посетить могилу отца, и взяла в руки последнюю бумажку. Она была черна как ночь, и сердце Венус заколотилось сильнее, когда она прочла первые строки.