Как только Венга высадились на острове, к ним подошли две монашки в темно-красных одеяниях. Оказалось, что леди Мирра загодя прислала им письмо с просьбой принять в свою обитель. Ответ монахинь был положительным.
Настало время прощания. Обе знали, что это их последняя встреча. И никто не был готов начать этот последний разговор. Да и о чем было говорить? Наконец, молчание прервала Мирра.
– Таин умерла от той болезни, что чуть не забрала меня. Кстати, я благодарна тебе, что ты не бросила меня и довезла сюда. Я рада, что у тебя теперь все хорошо. Прости, я знаю, многое было не так. Я люблю тебя. Прощай.
С этими словами женщина резко повернулась и начала свое восхождение в сопровождении двух монахинь, по семи тысячам ступеней, которые должны было вознести ее в обитель.
«Вот и все», – отпечаталось в голове у Венус. Она, может, и хотела бы еще что-то сказать матери, может, догнать ее, вернуть. Но оклик капитана, возвещавшего, что корабль скоро отбывает, прервал ход ее мыслей, и девушка побрела к морю.
***
Пока Венус искала лекарство, остальные ребята занимались домом, садом и огородом. Ко многим сюда уже переехали семьи, и дом окончательно ожил, став похожим на маленький город. Вскоре сюда стали приезжать торговцы и купцы, продавая или покупая товары. Все дела вел Фиар и вел очень успешно, так что скоро на месте бывшей псарни стали строить второй дом. Однако потом произошло странное. В одно утро к главному крыльцу пришло множество собак. Стая, состоявшая по крайне мере из пятнадцати голов, просто разлеглась на поляне перед домом. Они не вели себя агрессивно, наоборот, радостно приветствовали Венус, ластились, лизали ей руки и виляли всем телом, будто давно ее искали. Одна собака, большая черная сука, показалась Венус смутно знакомой.
– Прогнать их, наставница?
– Нет, пусть живут. У нас как раз нет охранников.
И псы остались, и псарню пришлось отстраивать заново. После этого происшествия прошло всего пара дней, как к Венус обратились Джефф и Фиар с весьма трудным разговором. Они подловили ее у колодца.
– Наставница, есть разговор, – пряча глаза, начал Фиар. Девушка напряглась и, отставив пустое ведро, обернулась к ребятам.
– Да?
– Аврора тут обмолвилась, что Вы уедете скоро. И пока Вы еще с нами, мы попросить кое о чем хотели.
– Мы, конечно, и сами могли попробовать, но с Вами как-то… – замялся Джефф.
– Говорите же.
– Мы хотим расправиться со служителями Гептоса!
При упоминании убийц внутри у Венус все похолодело. Она тут же вспомнила письмо, найденное ею в комнате матери. Девушка так никому и не рассказала о нем. «Почему? Ты боишься служителей? Или боишься того, что могут подумать о твоей матери и самой тебе?».
Ребята расценили молчание рыжей по-своему:
– Если у Вас времени нет совсем, то мы и сами…
– Нет-нет! – голос Венус вдруг сорвался, став высоким и неубедительным. Она прокашлялась. «Хватит пищать как мышь». – Меня они тоже тревожат. И одних я вас не отпущу. Но времени у меня и правда немного. Потому – отправимся сегодня вечером, только соберем вещи.
«Сейчас или никогда».
– А мы уже собрали, – усмехнулся Джефф. – Мы знали, что Вы поедете. Вы смелая.
Ребята развернулись и пошли к дому, а Венус еще несколько минут прокручивала в голове слова парня, забыв о ненабранной воде.
«Смелая… и это он про меня! Я была какой угодно, но смелой».
«Еще скажи, что это не так, что ты не смелая».
«Я… разберемся со служителями и тогда поговорим».
…
Осторожничая, Венус решила заселиться в паре кварталов от таверны Миколса. Они выбрали гостиный дом среднего уровня – тут была и конюшня, и клопы. Проспав весь первый день, после тяжелого ночного пути, который они преодолели на телеге, вечером ребята отправились в таверну. Был четверг, служителя можно было не ждать, но воины захотели своими глазами увидеть место, где им придется следить за врагами.
Они сели прямо напротив тринадцатого столика, заказали еду – ужин был поистине богатым, ведь ребята ничего не ели последние сутки. Пока мальчики за обе щеки уплетали жареную курицу, Венус с радостью отметила, как подрос и пополнел Фиар. Больше ребятам не должны были перебиваться горохом и орехами, усадебная земля, как и предсказывала Венус, была готова дать им многое.
Со стороны могло показаться, что воины просто болтают, но каждый из них приглядывался к посетителям, подслушивал разговоры, искал укромные уголки и подмечал странности. Например, с некоторых посетителей, обменивавшихся едва заметным кивком с хозяином, стоявшим тут же за прилавком, денег не брали. Вряд ли они были служителями, но то, что они имели власть – было несомненно. Наконец, Венус сложила на опустевшей тарелке крестом нож и вилку. То же проделали и парни. Это означало, что все, что нужно было, ребята увидели и можно отправляться домой. Возможно, такие предосторожности были излишни, но Венус казалось, что у служителей везде есть уши. «Они пробрались в таверны, в стражу… что уж там, они пробрались в мою семью».