Я тем временем вспоминала слова Оборотней, и кое-что пришло мне в голову.
― В последнее время никто не пропадал? Коты, Одиночки?
Все умолкли и строго взглянули на меня. Да, перебивать нехорошо, но это важнее…
― Они говорили, что «Коты своих поодиночке не отпускают», а потом ещё и безошибочно определили, что Сэм не был Котом. Либо они умеют читать мысли, либо они знают это по собственному опыту!
Эффектно получилось. Все призадумались.
― Алексей, охотник, пропал пару недель назад. Мы считали, что он сбежал, ведь у нас это не запрещено, ― нахмурился Старейшина.
Вождь Котов, молчавший до сих пор, тоже подал голос:
― Оксана, она поддерживала огонь, исчезла ночью, и костёр погас… Мы думали…
― То же самое! ― кивнул Старейшина.
― Эдуард, Акула, месяц назад, ― добавил Константин.
Тут в разговор вступили и члены племени, и Одиночки.
― Ольга, три недели…
― Один из рыбаков месяц назад…
― Саша сбежал, ничего не объяснив!
― Пара недель…
― Два месяца…
― Полтора месяца…
― Полгода…
Наконец они смолкли. Всех охватил ужас.
― Как долго они живут рядом с нами? Сколько исчезнувших людей на их совести? ― пробормотал Вождь.
Константин встал.
― Я думаю, нам стоит отблагодарить Киру. Если бы она не смогла спастись, то мы бы так и не узнали об этих монстрах!
Все глаза вновь устремились на меня.
― А как ты смогла спастись? ― подозрительно спросил кто-то.
― Бегаю быстро, ― соврала я. Не хочется говорить о Чернокрыле, пока сама не разберусь, что происходит.
Вождь положил тяжёлую ладонь мне на плечо.
― Бедняжка. Тебе надо бы поспать… Отныне я и моё племя у тебя в долгу. Оставайся здесь сколько хочешь. И ещё ты можешь всегда рассчитывать на мою помощь.
― Спасибо, ― сказала я и тут же почувствовала, что действительно еле на ногах держусь. Наверное, успокоительное Арины уже перестало действовать, мозг очистился, мыслей стало больше, но зато я с ужасом осознала всё произошедшее сегодня. Пора спать…
А наутро к лагерю подошел новичок. Я сразу узнала его ― это был тот самый юноша, что появился, когда я была у Насмешника.
Пока юноша разговаривал с вождём и старейшиной, я украдкой разглядывала его. Красивый. Тёмно-русые волосы, ярко-алые губы и небесно-голубые глаза. Довольно высокий. На шее висит какой-то камушек на шнурке.
Я не слышала, что именно он говорил, но говорил оживленно, бурно жестикулируя и широко улыбаясь. Его природное обаяние на Котов пусть слабо, но всё же действовало ― они с трудом удерживались от улыбки. Действовало оно и на меня ― на лице сама собой расплывалась улыбка, и я поспешила отвернуться, пока никто не заметил, что я смотрю на него. В следующий же раз я встретила его после обеда.
Трапезы в племени Котов были возведены в культ. Поклонение еде. Глядя на них, можно было поверить, что всё удовольствие в жизни, более того ― весь смысл этой жизни заключался в приемах пищи.
Часть племени была занята добычей пищи ― охота, рыболовство, собирательство, сельское хозяйство, животноводство… Другая часть готовила добытое ― был главный повар, поварята, выполняющие простую работу, и были те, кто поддерживал огонь днём и ночью. Были ученые, которые пытались изобрести достойную альтернативу плите (ведь добыча природного газа, а также получение электроэнергии не было налажено так, как на Земле). Сделать это надо было бы побыстрее, потому что печью повар пользоваться очень не любил ― говорил, что пища получается не такой вкусной, и всё племя вслед за ним каждую зиму возмущалось едой, приготовленной в деревенской печи… Были и дипломаты, которые ездили в другие племена и узнавали новые рецепты, способы приготовления блюд и прочие кулинарные секреты…
Оставшиеся выполняли подсобную работу ― мыли посуду, накрывали и убирали со стола…
Мы с Ариной как раз собирали грязную посуду на подносы, когда новичок появился из леса. Я, вздрогнув от неожиданности, чуть не уронила чашку, и Арина обернулась, чтобы взглянуть на то, что удивило меня. В ту же секунду улыбка появилась на её губах:
― Колян!
― О, здорово!
― Давно здесь?
― Несколько дней… Я-то думал ― куда ты пропала…
― Да…
Арина обернулась ко мне:
― Это Коля, мы ещё на Земле были знакомы. А это Кира, моя подруга.
― О, а я тебя помню! ― заявил он с таким лицом, будто только что рассекретил шпиона. ― Ты была у этого клоуна, когда я с потолка свалился!