— Разрешите?
Я взял его в руку, и рукоятка со скругленными углами пришлась точно по моей ладони, как будто его изготовляли на заказ, от него исходил какой-то заряд, магическая сила, утверждавшая мое собственное я; теперь ты что-то значишь сам по себе, вне зависимости от твоего сомнительного происхождения, ты больше не будешь человеком с вымышленным именем, тебя уже нельзя игнорировать, трех жизней не хватило бы, чтобы ощутить такую уверенность, всего лишь нажать на спусковой крючок, вот так, боек разбивает капсюль, воспламеняется пороховой заряд, и нарезка канала ствола посылает пулю с абсолютной точностью в живую цель, о господи, ничего себе перспектива, какая глупость, я испугался и все же решил сделать этот шаг, Чомин расхваливал опасную игрушку в чисто профессиональном плане:
— Чудо оружейного искусства, последняя модель серии «Стар», «Супер-Стар-В», калибра 7,63 мм, стреляет без промаха, магазин с тридцатью двумя патронами.
— Работает нормально?
— Как по маслу.
— Пусть Дельфино проверит, он в этом разбирается.
Несмотря на свой возраст, кузнец продемонстрировал необыкновенную ловкость рук, в одно мгновение разобрал и собрал пистолет, его слово — закон.
— Годится.
Мой вопрос был чистой формальностью, я бы ему заплатил любую цену, не торгуясь.
— Сколько?
— Два кило.
— Вольфрамом или деньгами?
— Купюрами, я и так перегружен образцами продукции. Правила ты знаешь, документов мы не даем, продажа оружия — дело незаконное, у пистолета нет номера серии, патентной марки, в общем, ничего, случись что-нибудь, фирма заявит всю правду, а именно: год назад у нас украли партию товара, пистолет из той партии, ну как, по рукам?
— Игрушка.
— Музейный экспонат.
— Почему бы тебе тоже не купить такой, Хови?
— Нет уж, мой «Байард» — семейная реликвия.
На самом деле его пистолет был военным трофеем,
как он любил говорить, выиграл в карты у одного легионера, валлонца.
— Хорошая вещица, прямо по размеру, — подвел черту кузнец Майорга.
— В каком смысле?
— Ляжет точно по бедру, хоть пластырем приклеивай.
Он хотел сказать, что пистолет достаточно мал, чтобы не оттопыривать карман, и в то же время достаточно точен, чтобы попасть в цель в случае необходимости, он давал чувство уверенности, я казался себе сильным, отважным и даже красивым, а что? вполне возможно, думал я, разглядывая свое отражение в стакане. Пистолет лег в задний карман, я его тщательно застегнул и подумал, что надо будет пришить специальный боковой карман из брезента, так будет надежнее, своего рода кобура, лучше два кармана, один на брюках, другой на пиджаке.
— Запомни, парень, пистолет — тоже атрибут мужского достоинства, никогда не вынимай его без достаточных оснований и не прячь без славы.
Одно дело сделано, остались еще две встречи личного характера, свидетели ни к чему, я распрощался с друзьями, сейчас нужно затеряться в ярмарочной толчее и немного успокоиться, мне казалось, что все смотрят на мой потолстевший левый бок, «шахтеры идут», шепнула мне торговка осьминогами, «а мне что за дело?», заявил я с апломбом и, желая продемонстрировать свое безразличие, купил любимое лакомство и начал жевать осьминожье щупальце — поворот головы, копна волос, полет юбок — Ольвидо стояла по другую сторону рыночной площади, я ей сделал знак, пускай пройдут, многие были уже навеселе, с бутылкой коньяка в руках, время от времени они прикладывались, впереди — знаменитая бригада «Газ», наглые лица, упивающиеся всеобщей паникой и страхом, молодчики, готовые на что угодно ради самоутверждения, они принесли с полдюжины сорок, каждой был вставлен в зад заряд динамита.
— Хороши, не правда ли?
Я вздрогнул, дон Гильермо стоял у меня за спиной, он подошел незаметно, меня удивил его элегантный вид, особенно бросавшийся в глаза на фоне бесновавшихся хулиганов: безукоризненный белый костюм, дорогая сигарета, равнодушно-небрежные манеры, он прекрасно смотрелся бы в английском клубе, но здесь, на ярмарке, не мог не привлекать внимания.
— Вы куда-нибудь уезжаете?
— Почему вы решили?
— Галстук и все такое прочее.
Шахтеры выпустили сорок, и бедные птицы взметнулись в небо, из-под хвостов торчали горящие фитили, народ бросился врассыпную, живой фейерверк, хвостатые петарды, сороки едва успели подняться на несколько десятков метров, жестокое зрелище, взрыв, дождь из перьев, несколько легко раненных, подумаешь, какие-то царапины.