Он шел, прислушиваясь к шорохам леса, уже внизу, в Золотой долине, ему вдруг почудилось, что рядом мелькнула тень человека, лучше не обращать внимания и не останавливаться, пусть думают, что он искатель-неудачник, бредущий назад с пустыми карманами, никто даже заподозрить не должен, что он что-то прячет, ему не понравилось, как в ответ на его «добрый вечер» человек ответил:
— Стой!
— Какого черта тебе надо?
— У тебя есть часы?
— Ни часов, ни табака, катись своей дорогой, а то как шарахну!
— Я что-то заплутался, где мы сейчас?
— В доме божьем, давай топай, и чтоб я тебя долго искал.
Видать по всему, человек этот был впервые в Сео, но встреча с ним показалась Ховино подозрительной, он не верил в случайности, с каждым может что-то невероятное, но для этого надо очень постараться, а кому охота стараться, ведь известно, что люди существа злые, разве что необходимость заставляет их быть хорошими.
27
Хладнокровно целиться в человеческое существо, демонстрируя, как ты умеешь стрелять без промаха, такое трудно себе представить, даже если это всего лишь игра, я целился в Ховино, неподвижно застывшего у противоположной стены, нарисованный им круг словно обрамлял его лохматую голову и напоминал нимб святого, у меня кровь стыла в жилах, когда я думал, что нет ничего проще, чем отправить его к праотцам, надо только набраться решимости, чтобы это сделать, а если к тому же добавить в качестве одного из компонентов малую толику ненависти, и на такие случаи имеются свои рецепты, тогда можно считать его покойником, власть человека, безнаказанно сжимающего пистолет, неограниченна, ты указываешь на кого-то, сейчас его черед, и пускаешь его в расход с той же легкостью, с какой батальон смерти выпускает дух из осужденного на казнь, виновник моих мучений даже глазом не моргнул, он выглядел как-то особенно благородно на фоне железного хлама, свисающего со стены, обручи от бочек вперемешку со ржавыми шинами неведомых колес, металлические предметы, отдаленно напоминающие не то утюги, не то садовые ножницы, у его ног валялись самые невероятные вещи: обломки ограды, серные опылители, косы, уродина ванна, одному богу известно, как она здесь очутилась, Ховино сам придумал эту дурацкую затею, заявив: «Чтобы играть в такие игры, надо быть настоящим мужчиной», подавая пример, он первым встал перед дулом пистолета, положи он в тот момент яблоко на голову, он наверняка получил бы пулю в лоб, я считал его идею бредовой, вовсе это не проявление мужества, а совершенно ненужный риск, я вытянул вперед левую руку, сжимая «Супер-Стар, Б, 7,63», получилась одна плавная длинная линия, и повернул лицо так, что весь я как бы находился внутри вертикальной плоскости, очерченной стволом пистолета, я застыл, не шевелясь, и начал медленно целиться, для тех, кто готовится убивать, время тянется так же медленно, как для тех, кто должен быть убитым, я мог мысленно прокрутить всю свою жизнь, вспоминая одновременно о различных вещах, но мне надо все выкинуть из головы и думать только о нашем плане, о том, чего ради нам понадобился этот цирковой номер, исполняемый Ховино и вашим покорным слугой.
— Завтра в Вильядепалосе.
Все мы, участники тайной операции, договорились встретиться вечером в доме Майорги-старшего, в его кузнице на берегу Силь, нам надо было уточнит! кое-какие детали, у меня все предусмотрено, сказал он, я пришел последним, но с сознанием выполненного долга, мне удалось договориться с Ариасом, что он одолжит нам два грузовика «форд», и не уточнял, для каких целей, просто дал ему попить, что речь идет еще об одной поездке но делам Англичанина, дверь мне открыл Лаурентино, после того как разрушили его дом в Кадафресносе, он жил у отца, и вся его семья была по-собачьи преданна Ховино, единственному человеку, пытавшемуся их защитить, хоти и безуспешно, бедняга так и не смог оправиться от потрясении, несчастье согнуло его чуть не до пола, увидев меня, он как-то жалко улыбнулся.
— Привет! Ну как, все в сборе?
— Нет только Карина, он остался в пещере и не сдвинется с места, пока вся наша история но закончится.
Я огляделся вокруг, в горне полыхал огонь, и яркие блики падали на лица людей и окружающие предметы, все они мягко светились, Дельфино показывал подковы, обтянутые кожей по нашей просьбе, в таких подковах мулы могут хоть чечетку отбивать на камнях, их даже совы не услышат, бросив быстрый взгляд на собравшихся, я тотчас заметил, что один человек отсутствует.
— А Кабеса де Кампо где?
— Он сачканул, говорит, больно нужно рисковать шкурой, особенно во вторник вечером.