- ... как Верховный главнокомандующий Объединенной армии ислама, эмир Кавказского эмирата, я заявляю: Кулак Аллаха обрушился на неверных, как возмездие за годы рабства и унижения, за кровь наших сынов, пролитую в смертельной борьбе за торжество ислама. Этот удар показал вашему порочному и безбожному миру всю серьезность наших намерений. Средоточие порока превращено в горы дымящихся развалин. Но это только начало. Знайте, неверные, что еще пятнадцать зарядов находятся в пятнадцати больших городах по всему миру и ожидают одного лишь нажатия кнопки! Если наши требования не будут выполнены, следующая жертва окажется выбрана по жребию, то есть волей Аллаха.
Короткая пауза, чтобы будущие слушатели прониклись сказанным, содрогнулись от ужаса, ожидая дальнейших слов.
- Вот чего мы хотим: Курдистан и Кавказский Эмират должны обрести независимость. Россия, Турция, Иран, Америка в течение десяти дней выведут с этих территорий свои войска. Совет безопасности ООН направит на границы новых государств миротворцев, которые будут обеспечивать их безопасность до окончательного формирования наших собственных Вооруженных Сил. Как только это случится, мы укажем местонахождение заложенных бомб. Но не раньше ...
Он не удержался и вытер тыльной стороной ладони пот со лба.
- Стоп! - немедленно выкрикнул режиссер.
Красная лампочка на камере тут же погасла, а вслед за ней выключились софиты.
- Будем делать еще один дубль? - поинтересовался эмир.
- Похоже, нет. Концовка уже записана, смонтируем в ролик и сбросим на диск. Господин Джамаль сказал, чтобы к утру все было готово.
Эмир кивнул головой и пошел во внутренние покои. Он очень устал за последние дни, а завтра с раннего утра в Чечне, куда он возвратится по завершению записи, предстоят важные переговоры.
Над развалинами плыла дивная тишина, которую время от времени нарушали смех женщин, стоны Журавлева из ямы да тихий визг щенков, дерущихся за право пробиться к материнскому соску.
6. Контракт для майора
Посыльный, как и обещал вчера капитан, постучался в дверь номера ровно в без четверти восемь. К этому времени Пашкин, выспавшийся и умытый, заканчивал завтракать трофеями, обнаруженными в холодильнике. В ванной, помимо мыла, шампуней и полотенец, нашлись и одноразовые бритвенные станки, из чего майор сделал вывод, что прием гостей, не успевших собрать вещички, в этих интересных местах - дело вполне привычное. Приведя по возможности в божий вид помятые в путешествии брюки и пиджак и наскоро завязав галстук, Пашкин вышел на улицу.
При свете дня военный городок - чистый, ухоженный и какой-то не по-армейски уютный, выглядел не хуже британской военной базы в кипрском городке Акротири, неподалеку от которого располагался отель, где Пашкин отдыхал несколько лет назад. Не хватало разве что тамошнего поля для гольфа, но его заменял "немодный" по нынешним временам теннисный корт.
За лесом, взлетая, загудел самолет. Вот и выяснилось, что имел в виду вчера капитан, возмущаясь, что их "не там" приземлили...
В штабе, не считая дежурного за окошком и караульного в коридоре, не было ни души. Караульный - боец в порядком обтертой "цифре" и при стволе, появление гостя проигнорировал. Дежурный старлей поднялся за стеклом "аквариума", изобразил воинское приветствие. Пашкин машинально ответил, вскинув ладонь к "пустой голове", вспомнил, что он не в форме, осекся и пошел вслед за посыльным по неширокой ковровой лестнице на "начальнический" второй этаж.
Боец протопал по коридору, свернул в неширокий холл-рекреацию с креслами и журнальными столиками и аккуратно постучал в дверь с табличкой "Полковник Климов". Не дожидаясь разрешения, дернул ручку и доложил:
- Товарищ полковник! Товарищ майор, по вашему приказанию!..
Из глубины кабинета негромко сказали:
- Хорошо! Пусть заходит.
Пашкин выдохнул и сделал шаг в неизвестность.
На полпути от входа стоял подтянутый серьезный мужчина лет сорока пяти, похожий на фольклорного "батяню-комбата" не больше, чем сомалийский пират на британского адмирала. " Рост - примерно 180, вес - около 75, глаза серые, на левой руке нет мизинца, ." - докладывая о прибытии, машинально отмечал Пашкин.
Протянутая рука была крепкой, но в "кто сильнее" командир не играл. За явной бессмысленностью такого занятия. Полковничья фигура, хоть внешне не была грозной, тем не менее излучала властную волю человека, приказы которого выполняются вмиг и беспрекословно. Словом, вероятный новый начальник столь разительно отличался от оставленного в Энгельсе шефа, что задай он сейчас вопрос: "Когда вы сможете приступить к выполнению своих обязанностей?", Пашкин тут же решительно ответил: "Вчера!", даже не поинтересовавшись, в чем эти обязанности, собственно, заключаются ...