На первый заработанный миллион чистой прибыли Короленко по его словам "Дом на Балеарах покупать не стал", а начал активно вкладываться в кадры и современные технологии. Заказал в Штатах у одной из серьезных компаний адаптацию перспективных пород к местным условиям. Через пять лет холдинг производил сорок процентов мяса Нечерноземья.
Вскоре, чтобы не зависеть от переработчиков, купил и переоборудовал самый большой в России Брянский мясокомбинат.
- Теперь три из пяти батонов колбасы, которые продают в Москве - наши. А три года назад, когда нефтяные рубли по госпрограмме пошли на развитие заброшенных земель, наш холдинг вышел за границы района и скоро развернется на всю Брянскую область.
- Эх, нам бы так, в Украине, - не выдерживаю я. - С нашими-то эталонными черноземами.
- А кто мешает? Только жулье от управления страной оторвите, а то присосались, как пиявки... Ваши нынешние - кто? "Бизнесмены" - лавочники, торгаши, посредники, - словом, вирус. Вирус своих мозгов не имеет, ничего не производит, в питательной среде активно размножается, корежа здоровый организм, а когда все сожрет вокруг себя, быстро загибается. Так что, мой вам совет - ждите кризиса да готовьте вакцину... А это все, - завершает рассказ Петрович, кивнув на дом, - как-то само собой. Начал быт улучшать, одно за другое. Да и, в сущности, такие копейки...
Похоже, что дяде Леше можно рассказать абсолютно все... Ну что же, поедим и приступим.
Ужинаем за просторным столом, на выходящей к озеру веранде.
Моя команда, умытая и причесанная, уже немного пришла в себя. По выражениям морд можно сделать вывод, что мылись все же раздельно.
Беркович сразу же ввел в ступор повара, в ответ на вопрос, что он будет заказывать, традиционно поинтересовавшись, можно ли гамбургер и картофель-фри. Очень расстроился, получив отрицательный ответ, но узнав, что в этом доме (о, счастье) имеется кофе без кофеина, успокоился, и начал хлебать аппетитнейший суп-харчо так, что за ушами трещало. Мила ведет себя не в пример сдержаннее.
В разгар дружеского обеда на площадку между верандой и озером, вдруг, словно чертик из табакерки, выскакивает приземистая двухдверная машина со стремительной угловатостью обводов, в которой безошибочно узнается "Ламборджини-Дьябло".
Лицо Петровича озаряется улыбкой.
- А вот и Ольга! Ты ее, наверное, еще совсем маленькой помнишь...
Дверца машины хитрым вывертом поднимается наверх, из нее вылезает и быстро идет в нашу сторону девица лет двадцати. Да, уж, Алексею было чем гордиться! Простая футболочка и драные джинсы от какого-нибудь Версачи, в сочетании со стройными ногами, узкими бедрами и грудью не меньше третьего размера и в Москве бы, наверное, не остались незамеченными. А уж в здешней глуши...
За столом воцаряется тишина. Мила щурится, внимательно разглядывая небрежный наряд, будто поймав гостью в прицел, а Беркович почему-то густо краснеет. Ну все, потеряла Милка кавалера...
- На каникулы приехала, - не скрывая гордости, добавляет Петрович.
- Где учится, в Штатах или в Англии?
- Еще чего не хватало! - делано обижается Короленко. - В МГУ на историческом. Диплом пишет по Чингисхану...
Ольга подходит к столу и, не обращая на нас внимания, клюет Алексея в щеку.
- Была у одноклассников, в клуб поехали. Выступал там один известный бард. Хорошо пел, я его в Москве пару раз слушала. Только народ тут... Племянник твоего главы райадминистрации просто проходу не давал. Жених...
Понятно... Столичная штучка на вынужденном отдыхе у богатенького папочки, который души в ней не чает.
- Есть будешь?
- Неа. Накормили в городе. Разве что чаю попью.
- Тогда знакомься, это Витя Верещагин. По Киеву ты его помнить должна.
Ольга поворачивается, скользит взглядом, безразлично пожимает плечами. Когда я закончил школу и уехал в Одессу, ей и было-то года три.
- А это его друзья. В городе встретились случайно. Виктор по делам мимо проезжал.
Теперь во взгляде девушки загорается интерес. Но вяленький-вяленький. Похоже, мы далеко не первые однокашники, соседи и дальние родственники, которые побывали в гостях у папы-миллионера...
- Ладно, я в душ с дороги!
- Давай, - кивает Короленко. Ольга убегает. Беркович не отрываясь смотрит на аккуратную попку, обтянутую джинсами. Мила, так же не отрываясь, на самого Берковича...
- Так, ребят, а вы не хотите по округе прогуляться? - неожиданно спрашивает Петрович моих подельников. - Или на втором этаже телевизор есть. Людмила Васильевна вам чай туда подаст.