Оборачиваюсь к сторожу.
- Слушай, отец, а куда это камень повезли?
- Сам ты камень, сынок! - с гордостью отвечает тот, одновременно заглядывая в опустевший стакан. - Это гранит! Тут рядышком от нас карьер. С него и берут, у нас грузят. Стольный, панимаишь, град Москву облицовуют. Там вишь, ты огромущую набережную сейчас строят, вот почти каждый день и идут...
Блин!!!
- А последний раз когда везли, не видел?
- Сам не видел, врать, панимаиш, не стану, заступил только днем. Но знаю точно, что одна поутру и ушла. С вечера подгруженная стояла, а как вернулся, ее и нету...
Вот спасибо старому хрену. Матерюсь едва ли не вслух. Ну конечно, почему именно Коломна? Да потому, что она стоит в устье Москвы-реки! Столица - вот это настоящая цель для серьезного террориста. Эту операцию планировал настоящий гений. Город отлично охраняется по периметру, но кто будет опасаться теракта со стороны реки?
- И сколько здесь ходу до Москвы, если по времени?
- Никак не меньше, чем сутки, а то и двое. Шлюзов много.
Старик договаривает последнее слов в пустоту. Я уже снаружи. Прежде чем поднимать тревогу, нужно все-таки найти хоть какое-то подтверждение этой безумной версии.
Оглядываю сонное торговое царство в поисках луча света истины. Где старый сказал, эта баржа стояла? Ага - вот просвет на береговой линии, вот погрузочный кран. Рядом гора какого-то темного камня. Судя по искоркам на разломах - это и есть гранит. Стало быть, если что-то и подвозили, то непременно вот на эту проплешину ...
Так и есть, следы грузовой машины. По рисунку протектора и глубине вмятин сюда пришла тяжело груженая, обратно ушла пустая. Теперь, если двигаться вокруг по спирали, можно обнаружить какие-нибудь следы...
У самой подошвы песчаного террикона обнаруживается свежая заплатка - отсюда либо брали песок, либо, наоборот, что-то прикапывали... Зову на помощь Берковича, и мы вдвоем быстро начинаем раскопки. Минуты через две рука натыкается на что-то плотное. Обкапываю вокруг и вытягиваю из ямы частично окоченевшее тело. Морда русская, по одеже - местный типовой работяга. Словесный портрет составить возможность не представляется - пуля, войдя в затылок, подрихтовала черты лица так, что Хичкоку курить в сторонке. Да, уже явно не ТТ-хой работали, у ветерана пуля с такой дистанции чисто идет навылет. Заграничное что-то, экспансивное. С разверткой, панимаешь, лепестком сакуры...
Ну что, подтверждение догадки, похоже, получено. Не так уж много вариантов объяснения тому, кто и зачем мог часов двенадцать назад, то есть ранним утром, хлопнуть из крутого импортного ствола левого портового работягу.
Вот теперь пора бы и на доклад... Отхожу подальше, чтобы в микрофон не доносились звуки вдумчиво блюющего Жужика. Набираю короленковский номер. Абонент вне зоны действия или отключен. Медленно считаю до ста, набираю снова. Неизменно превосходный результат. Связь потеряна, а это, блин, означает, что в Новозыбкове что-то пошло не так, и теперь нам с Берковичем не следует рассчитывать на подмогу ...
Фальшиво напевая под нос пафосный вэдэвешный марш, из которого помню лишь две строчки: "Никто кроме нас, голубые погоны!", наскоро закидываю труп песком - в мои планы никак не входит попасть в здешнее СИЗО по подозрению в убийстве. Размашистым, но не сильным подзатыльником вывожу напарничка из прострации и киваю в сторону вагончика, за которым нас ждет машина.
Понятно, что придется нам догонять эту гребаную баржу. Только вопрос - на чем? Машиной вдоль реки не сильно попрыгаешь, да и на борт не перескочишь. По воздуху? Птичку жалко, сломалась. Да и была бы цела - в московской зоне ПВО особо не полетаешь. Это вам не тысяча девятьсот восемьдесят пятый, мигом собьют ...
Остается только одно...
Салон "Катера и яхты", который я приметил еще днем, находится в центре города. Соблюдая остатки конспирации, мы отпускаем лимузин, не доезжая квартал до салона - война войной, а конспигация конспигацией. Остаток пути проделываем быстрым шагом.
Магазинчик богатый. Во дворе целый флот на любой кошелек и вкус.
- Эту берем, Уиктор! - толкает меня под бок Беркович, указывая на рыбацкое корытце. - Маленькая, незаметная.
Снисхожу до развернутого пояснения.
- Ты, Алан, ничего в нашей жизни так и не понял. На дешевой лодчонке мы кто? Объект пристального внимания для всевозможных речных начальников - нас будут трясти и речники, и рыбнадзор, и экологи, словом, все, кому не лень. Поэтому поступим немного иначе. Слышь, халдей, - лениво указываю растопыренной ладонью на роскошный круизный катер, - сколько этот крейсер стоит?
Звучит число. Денег, выданных Алексеем, хватает, но почти в обрез.