В машине советник полулежал, развалившись по всей ширине сиденья. Не вальяжно, а скорее, как вытащенная на берег медуза. Вновь навалились апатия и сонливость, нежелание думать и тем более действовать. Вышколенный водитель за непрозрачной перегородкой терпеливо ждал указаний, а Виктор собирал телесные и душевные силы для дальнейших действий. Наконец, он взял спутниковый телефон. На той стороне ответили почти сразу.
- Найди Джамаля, а лучше сам груз. Разберись с кредиткой Берковича! - коротко, отрывисто приказал советник, не тратя времени на лишние слова. - Задействуй все силы и средства. Не хватит бюджета - позвони, я добавлю. Иначе тебе конец.
Уже произнеся это, Морган подумал, что перегнул палку и добавил. - Точнее мне конец, но сам понимаешь...
Развивать это многозначительное завершение не потребовалось, директор и так прекрасно понимал, что в таких играх джентльменского поведения не бывает. Поэтому утопающий советник будет в свою очередь топить всех вокруг, чтобы приподняться над водой хоть на дюйм. Разведчик не стал размениваться на обвинения и выяснения меры ответственности, он отозвался так же кратко и деловито:
- Работа идет, брошены все силы. Через несколько часов мы будем знать все, или почти все.
Директор ЦРУ отключился первым, и это стало очередным дурным знаком в длинной череде скверных событий. Морган отчетливо чувствовал, что обреченный на смерть чиновник колеблется, находится почти на грани лояльности. Однако пока он выполнял указания, и этого было достаточно.
Два-три дня, так сказал вице-президент. Скорее всего, можно накинуть еще сутки-другие, но вряд ли больше. В таких вопросах вообще лучше исходить из того, что срок истек еще вчера.
"За работу" - приказал сам себе Виктор Морган.
Многое упущено, но партия еще не проиграна.
17. По вновь открывшимся обстоятельствам
Два часа полета назад из Турции до Моздока Пашкин отсыпался - доконала беготня по горам. После посадки, соорудив из пары пистолетных ремешков поводок, выгулял по бетонке трофейного зверя. Щенок кавказской породы к ограничению свободы отнесся категорически отрицательно - дергался и рычал, как маленький тигр. Впрочем, продолжалось сопротивление недолго - зверенышу быстро нашлось занятие по душе. Сперва песик облаял вонючий топливозаправщик, после оторвался на зенитчиках, за которыми приехал автобус, а в конце концов под раздачу попали ФСБ-шники, в чьи добрые и заботливые руки Колчин передал пленных курдов. Завершив охранные мероприятия, Ариф деловито присел у самолетного колеса. Пометил территорию, после чего, дернув поводок, деловито потрусил по аппарели в отсек, будто это он выгуливал Пашкина. Проходя мимо ядерщика-предателя, щенок вздыбил шерсть и поднял верхнюю губу, обнажая маленькие, но острые клыки.
Хозяина в майоре щенок, похоже, признал. Пару раз, хоть и с недовольным ворчанием, позволил себя погладить, а на тех, кто пытался подойти ближе, чем на полшага, кидался со злобным рыком. Предложенную Пашкиным тушенку из "спецпитательного" ИРП сожрал без остатка, после чего уронил лобастую голову на не по-детски мощные лапы и, не обращая малейшего внимания на болтанку, крепко заснул, чуть слышно поскуливая и дергая задними лапами. Наверное, кавказско-курдскому зверю снилась погоня за инженером...
Однако отдых оказался недолгим. Едва майор успел почистить табельное оружие, зверь проснулся и потопал в дальний угол отсека где, присев, сделал кучку.
Под откровенное ржание Колчина и коварное хихиканье бурятского снайпера Иванова, Пашкин вооружился салфетками всё из того же ИРПа и, матерясь, принялся за уборку. Едва он закончил, как палуба грузового отсека резко накренилась - самолет заложил глубокий левый вираж.
Все, кто стоял на ногах, дружно повалились на затоптанный пол. Многие сидевшие тоже не удержались на местах. По отсеку пронесся рев, способный загнать в краску и хваленых одесских биндюжников. Самым цензурным из выражений, исторгнутых из луженых осназовских глоток было: "Херовы летуны, охерели, мля, нахер?!" - оно, по крайней мере, содержало хотя бы одно приличное слово...
Запоздало загорелись красные транспаранты, вызвав новый взрыв возмущений. Перекрывая дружный мат, в динамиках захрипел командир корабля.
- Мужики, прощения просим! Срочный приказ из штаба на смену курса. Сами понимаете, сначала исполняем, потом думаем. Командиром групп приказано связаться с командованием ...
Едва Пашкин с рычащим щенком под мышкой угнездился на ближайшей сидушке, как в кармане зажужжал связанный с бортовой сетью коммуникатор. По закрытому штабному каналу пришла рассылка, озаглавленная "оперативная информация".