Вот точно так же всего лишь несколько дней назад Пашкин в непонятной роли не то арестованного, не то задержанного летел над Волгой... Но это случилось в иной, прошлой жизни. Сегодня он был не вырванным из привычной среды обитания человеком, тихо мечтающем о гранате, а составной частью сложного воинского механизма. Общности, что приняла майора, проверила в бою и назвала своим.
Это чувство единения - когда ты делаешь нужное дело, плечом к плечу с товарищами, казалось, давным-давно забытое, несмотря на весь ужас-кошмар ситуации (а вероятно именно по этой причине), заставляло без нужды улыбаться и притопывать ботинком по ребристому полу. У тех, для кого риск для жизни - трудовые будни, есть такое понятие - рабочий мандраж.
Из самокопаний его вырвал Колчин, с самого взлета колдовавший над лаптопом.
- Есть, кажись! - и махнул рукой, мол, скорей смотри.
Пашкин неудобно перегнулся через два ящика и заглянул в экран. Палец командира группы уткнулся в список, озаглавленный как "Перечень обращений в дежурные службы ГУ МВД города Москва, а также МЧС и ФСБ по региону". Короткое, буквально в два предложения сообщение, в любых других обстоятельствах показалось бы полным бредом. Но только не сейчас...
- Охранник шлюза Филеев сообщает, что на только что ушедшем в сторону Москвы сухогрузе типа "Волго-Дон" за номером МП-Р 242 с грузом облицовочного гранита перевозится крупная партия кокаина, - Пашкин продублировал текст сообщения в гарнитуру. - Похоже, что оно, Валентин! Кто-то еще бьет тревогу. И как бы не Верещагин!
Колчин скрипнул зубами так, что в наушнике застонало.
- Если так, то им по руслу - семнадцать километров до центра. С учетом времени прохождения через шлюз - уже семь или восемь. Мать твою за ногу!
- А нам по прямой - пятьдесят кэмэ, - прикинув по своему навигатору, вымолвил Пашкин. - На полной скорости минут десять лету. Отдавай приказ, командир!
Вертолеты подпрыгнули, набирая высоту, и заметно ускорились. Воздух в открытом люке уже не свистел, а ревел. Бадма втянул винтовку в отсек и заворчал некормленным ведмедём, разбуженным посреди зимы. Остальные бойцы заелозили, проверяя оружие. Боевые пловцы дружно насупились и ускорили подготовку своего хитрого снаряжения. Журавлев побледнел еще больше и загнанной крысой вжался в ребристый угол.
Треугольник на экране навигатора резко развернулся и рывками начал перемещаться к центру паутины, образованной линиями дорог.
* * *
- Кажется, началось, сэр!
Голос директора ЦРУ ощутимо подрагивал.
Морган чуть приглушил звук телефона, оберегая слух, и хмыкнул, поощряя собеседника к продолжению.
- Служба внешнего мониторинга сообщает, что за последние полчаса территорию Кремля через разные ворота покидает уже третий правительственный кортеж. Кто внутри машин - непонятно, но все они движутся за пределы города, при этом разъезжаясь в противоположных направлениях.
- Это все?
- Нет. Из комплекса зданий администрации президента вышло четыре грузовика с закрытыми кузовами. По заключению аналитиков, вывозятся сверхважные документы. Кроме того, сразу от трех наших агентов в высших эшелонах власти получена информация, что в кругу "своих" со скоростью звука разносится слух про какую-то экологическую катастрофу. Похоже, что в столице у русских скоро начнется паника.
- Твое мнение?
- Они что-то узнали. Но узнали совсем недавно - час или два назад. Слишком уж поспешно все происходит.
- Наблюдайте! - сухо сказал советник. - О любых новостях докладывать мне немедленно.
Отключившись от Лэнгли, Морган набрал дежурного офицера ОЦНБ.
- Выведите в мой кабинет изображения видеокамер с места, где обнаруживается объект.
- Он движется, сэр, а мы получаем сигналы раз в двадцать-тридцать минут. Вы желаете получить экстраполяцию?
- Я желаю наблюдать за тем местом, где должен находиться объект, умник! - рявкнул Морган на офицера. - А свои университетские словечки прибереги для официальных отчетов.
- Слушаюсь, сэр! - Не скрывая обиды в голосе, произнес дежурный и отключился.
Буквально через несколько секунд телевизионную панель, закрывавшую полстены, начала заполнять мозаика изображений с камер наружного наблюдения.
Немного поколебавшись, советник склонился к тумбочке, в которой прятался офис-бар, выставил на стол початую бутылку виски, массивный стакан. Затем, обернувшись, извлек из сейфа заполненный лист президентского указа. Плеснул на палец бурую ароматную жидкость, сделал глоток и откинулся в кресле, наблюдая за мельканием десятка разнообразных картинок, на каждой из которых просматривалась либо водная гладь, либо башни крепости, в которой укрывалась резиденция русского президента.