Мия встала с тренировочным клинком в руке.
– Атакуйте! – взревел экзекутор.
Не дожидаясь остальных, Фуриан накинулся на Аркада, заставляя его пятиться по песку шквалом ударов. На тренировках экзекутор всегда держался достойно и обучал партнеров по спаррингу их слабостям, не пытаясь ими воспользоваться. Но за последние несколько перемен Мия начала понимать, до чего сильно сдерживался бывший чемпион. На песках Аркад был богом – даже без одной ноги, он двигался как вода, бил как гром, и стоял как гора. Его удары оставляли ушибы на самом воздухе, защита всегда оставалась безупречной. Каждую ошибку он награждал такими выпадами, от которых чуть не ломались кости.
Оттолкнув Фуриана в сторону, Аркад свалил чемпиона на зад и повернулся к Мечнице с Мией. Пара хорошо сработалась, Мия ныряла под удары высокой женщины и нападала снизу, целясь в живот и ноги. Ей удалось сделать неплохой выпад, но когда она увильнула от ответного удара Алого Льва, то врезалась прямо в мчащегося на всех парах Фуриана, который быстро поднялся на ноги и кинулся в схватку.
– Смотри, куда бл…
Мию стукнули деревянным мечом по виску, и она отлетела в сторону. Аркад обезоружил Мечницу и, блокировав Фуриана, обезвредил его ударом локтя в челюсть. Перекатившись по песку, чтобы подобрать оружие, Мечница выругалась, когда экзекутор кинул оба клинка и попал ей в горло и сердце.
Мужчина стоял с пустыми руками и испепелял взглядом поверженное трио, его грудь часто поднималась и опускалась.
– Жалкое зрелище, – сплюнул он.
– Эта тупая сука мешалась у меня под ногами! – прорычал Фуриан.
– О, Фуриан, – вздохнула Мия, смерив его снисходительным взглядом. – Если я чему-нибудь и научилась в жизни, так это не обращать внимания, когда кобель зовет меня сукой.
– Кобель, значит? – Фуриан поднялся с песка, Мия тоже мгновенно вскочила на ноги.
– Довольно! – рявкнул Аркад.
Пара продолжала стоять, не сводя друг с друга глаз, готовые перейти в атаку. Мия чувствовала, как ее тень рвется вперед, словно вода за плотиной. Девушка даже не сомневалась, что, не держи она тень в узде, та бы уже тянулась по песку к Фуриану с руками, обернувшимися когтями. Ассасин сцепила зубы, пытаясь успокоиться и смаргивая пот с глаз. Если она потеряет самообладание и все увидят, кто она на самом деле…
– Хватит спаррингов на сегодня, – объявил экзекутор. – Ворона, Мечница, идите работать с манекенами. Вы должны бить сильнее, если хотите проломить блок шелкопрядицы. Фуриан, работай над маневрами. Тебе нужно ускориться, чтобы победить этого врага.
Мия с Фурианом прожигали друг друга взглядом, не дрогнув даже мышцей.
– Шевелитесь! – проревел Аркад.
Мечница подняла свои мечи и, промаршировав через двор, начала свирепо колотить по тренировочным манекенам. Мия чуть помедлила, но все же последовала за ней, по-прежнему не сводя глаз с Фуриана. Чувствуя хладную ненависть наряду с тошнотой и голодом в своем желудке, которые появлялись каждый раз, когда он был рядом.
«Тупоголовый гребаный идиот…»
Встав рядом с Мечницей, Мия представила Фуриана на месте манекена и принялась безжалостно его избивать. Тело обливалось потом, в глаза лезла челка, пока она резала мечом в его живот, грудь, сраное лицо.
– Вы меня в могилу сведете, – пробормотала Мечница, качая головой.
– Это Фуриан сеет рознь, а не я.
– Да вы два сапога пара, – сплюнула женщина. – Не понимаю, почему бы вам просто не найти уютный темный уголок, потрахаться и покончить с этим?
Мия фыркнула.
– Я скорее позволю всунуть в меня член Мяснику.
– Тогда что между вами происходит? – Мечница остановилась, чтобы связать свои дреды, достающие до земли. – С ваших языков капает яд, но глаза постоянно ищут друг друга.
Мия понимала, что женщина говорила правду. Она бы одолела ту шелкопрядицу, если бы не вмешательство Фуриана. Вместо этого ее публично избили, а Леона потеряла все шансы на покровительство среди костеродных Стормвотча. И все же…
Она не могла это отрицать. Невзирая на спутанные чувства к Эшлин, ее влекло к Фуриану. И хоть Непобедимый, несомненно, был привлекателен, это что-то большее, чем простая похоть. Что-то первобытное. То же, что она испытывала в присутствии лорда Кассия. Нечто более сложное, чем вожделение, скорее… тоска. Как ампутированный тоскует по своей конечности. Как головоломка, ищущая свой последний элемент.
«Но почему?»
Клео упоминала об этом в своем дневнике. Как странствовала по земле, и ее влекло к другим даркинам, словно паука к мухе, а затем…
…затем она пожирала их.