Если уж бросаться в омут, то сейчас или никогда.
Наступила неночь, прохладный ветер ласкал охристые стены, во дворе выплясывали пыльные черти. После предательства Аркада донна Леона удвоила патруль по дому, и стражи кишели повсюду. Тем не менее гладиатам удавалось обменяться шепотом и тайными кивками, и все, казалось, были готовы.
Но, Дочери, это ожидание…
Они сидели во тьме – никто не говорил, никто не шевелился. Аркимические сферы медленно тускнели, шум в крепости постепенно стихал. Сид слышал, как Мечница пела в своей клетке – несомненно, какую-то последнюю молитву Матери Трелен, чтобы им сопутствовала удача. Посмотрев на клетку в противоположной части прохода, он увидел Мясника, сидевшего на корточках и раскачивавшегося взад-вперед, явно рвясь в путь.
Это напомнило Сидонию о его службе в легионе. Неночь перед битвой всегда была самой худшей. В то время его поддерживала вера в Аа. Преданность судье. Утешения братьев-люминатов и уверенность, что их дело правое. Всего этого не стало – только чистая советь и клеймо труса на груди в доказательство о ней. Вместо братьев-люминатов у него были братья и сестры гладиаты. Вместо веры во Всевидящего и приказов судьи – вера в его семнадцатилетнюю дочь.
Риск был слишком велик, чтобы полагаться на одну девчонку.
Сидоний услышал тихий стук, слабый звон металла, упавшего на камень. Мясник тоже его услышал и встал, схватившись руками за прутья клетки. Мия могла освободить их, либо силой сломав механизм, чтобы он открыл двери клеток, либо добыв ключ у патруля стражей. Сид понятия не имел, какой вариант она выберет. Но в его животе все затрепетало, когда он увидел силуэт, крадущийся по лестнице в холл подвала, с деревянной дубинкой в одной руке и железным ключом в другой.
– Бездна и кровь, она это сделала, – расплылся в улыбке Мясник.
Провернув ключ в механизме, Мия открыла двери клеток и подняла решетку. Сидоний скривился от тихого скрежета камня о железо. Гладиаты вышли из казармы в холл, свирепо улыбаясь, но при этом явно нервничая. Сидоний быстро обнял Мию и прошептал:
– Все прошло без проблем?
Та покачала головой.
– Четыре стража обезврежены. Еще два в переднем дворе.
– Тогда покончим с этим, – прошептал Волнозор.
– Да, – кивнула девушка. – И тихо, мать вашу!
Мия повела группу по лестнице, где на ступенях лежали четверо стражей Леоны. Мужчины были облачены в доспехи из черной кожи, их шлемы украшал плюмаж из соколиных перьев. Среди них валялся и капитан Ганник. Они были избиты до бессознательного состояния. Гладиаты быстро переоделись в их доспехи – Сидоний, Волнозор, Мясник и Феликс. Вареная кожа защитит их в случае беды, а шлемы, закрывающие скулы, прекрасно скроют татуировки.
Все взяли оружие – деревянные дубинки и короткие мечи. Было слышно, как далекие колокола в Вороньем Покое отбили четыре часа, перекрывая шум волн, бьющихся о скалистый берег. Сквозь открытые окна лился яркий свет двух солнц, шелковые шторы качались от движения крадущихся по крепости гладиатов.
Они тихо спустились в вестибюль к закрытым входным дверям. Мясник и Волнозор сняли деревянный брусок, и гладиаты сгрудились у порога.
– Готовы? – спросил Сидоний.
– Да, – ответила Мечница, поднимая клинок левой рукой.
Мия открыла дверь, и гладиаты бесшумно побежали к входной решетке. Стражам потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, что они видят, а потом стало слишком поздно. Первый упал на спину, издавая булькающие звуки, когда Сидоний ударил его дубинкой в горло. Волнозор налетел на второго, и тот врезался в стену сторожки. Третий замахнулся дубинкой, но его крик превратился в приглушенное хныканье, когда Мия закрыла ему ладонью рот и ударила коленом по яйцам. Страж свалился, как мешок с картошкой, а девушка подхватила его дубинку в полете, стукнула его по голове, и он распластался на земле.
Мясник начал поднимать решетку, а Мечница и Албаний раздели последних двух стражей и застегнули на себе ремешки нагрудников. Для Мии мужские доспехи были слишком велики, да и стражей было меньше, чем гладиатов. Так что она накинула себе на плечи плащ, который достала Аа знает откуда, и надвинула капюшон на глаза.
– Ладно, – прошептала она. – Теперь в гавань к «Славолюбцу».
– Идите с высоко поднятой головой и смотрите людям в глаза, – напомнила им Мечница. – Мы победим в этой игре, если правильно сыграем свою роль, ясно?
Гладиаты кивнули и так спокойно, как только могли, ровной шеренгой вышли за решетку и направились вниз по дороге. Мия замыкала ряд, низко надвинув капюшон. Доспехи Волнозора давили в широких плечах, рука Мечницы по-прежнему была обмотана запятнанными кровью бинтами – под пристальным вниманием их маскировка раскроется. Но время было позднее, в порту под Гнездом – тихо. Если повезет, их обман продержится достаточно долго, чтобы они смогли проникнуть на борт.