«Ах, вот оно что. Это многое объясняет».
Тираду за ужином. Утверждение, что воля их домины единственное, что имеет значение, несмотря на продажу Матилия. Страсть в его глазах, когда он говорил о своей госпоже, преданность этим стенам.
Фуриан.
Леона потянулась в карман за железным ключом и открыла дверь. Непобедимый ждал с другой стороны, длинные темные волосы обрамляли его прекрасное лицо, губы изогнулись в улыбке при виде госпожи. Еще раз оглянувшись, Леона обвила его шею руками и притянула для голодного поцелуя. И, пройдя внутрь, донна Вороньего Гнезда закрыла за собой дверь.
– …Любопытно… – раздался холодный шепот у ее уха.
– Ага, – Мия нахмурилась. – Но в кои веки мне хотелось бы покрутить головой и обнаружить, что моя жизнь менее любопытная.
– …О, но тогда она не была бы такой веселой?..
Мия показала тенистому коту костяшки. Мистер Добряк лишь рассмеялся в ответ. И, не издавая больше ни звука, они скрылись в своих излюбленных тенях.
Глава 16
Мед
Вжжжууууух.
Стрела вонзилась у сердца пугала.
Вжжжууууух.
Следующая попала еще ближе.
Вжжжууууух.
Третья попала в цель, прямо в безликую голову.
Мия опустила лук, пальцы правой руки ныли.
– Хорошая работа, – похвалила Брин, стоя рядом. – Где ты научилась так стрелять?
– Прочитала об этом в книге, – прорычала Мия. – Когда закончила трахаться с твоим папашей.
Ваанианка расхохоталась, поднимая свой лук и натягивая тетиву.
– Тяжелая неночка, вороненок?
Мия отложила оружие, кривясь от боли.
– Бывали и получше.
– Могу поспорить, не с моим бедным папашей, – ухмыльнулась Брин.
Блондинка быстро выпустила полдюжины стрел. Три попали в сердце пугала, две в горло и последняя в голову.
– Зубы Пасти… – выдохнула Мия.
– Ты бы видела, как она стреляет рабочей рукой, – сказал Бьерн, проходя мимо девушек со связкой кожаных снастей на плече.
– О, но тогда это будет просто выпендрежем, – ответила Брин.
Близнецы покинули Воронье Гнездо рано утром, как делали каждую вторую перемену. Мия пошла с ними по приказу экзекутора, плетясь сзади, как собака без кости. Аркад проводил их до ворот крепости, и девушка изо всех сил старалась не хмуриться, вспоминая, как экзекутор отзывался о ней прошлой неночью. Аркад не упоминал о предстоящей перепродаже, но над ее головой все равно висел меч. Он даже не дал ей возможность проявить себя, нет. Было ясно, что экзекутор просто хотел от нее избавиться.
По правде говоря, это ранило ее гордость. Больше, чем должно было. Мия не знала, почему ей хотелось его одобрения. Но вскоре раненая гордость превратилась в пылающую ярость. Мия больше не могла тратить время впустую – продажа другому господину была риском, который попросту ей не по карману. Ей нужно было показать, на что она способна. Но не Аркаду, а донне Леоне.
Если откинуть тот факт, что она спала с Фурианом, Мия подозревала, что донна по-прежнему видела в ней некую ценность. Мия зажгла зрителей в Блэкбридже, и реакция толпы запалила уголек уважения в груди Леоны. Девушке нужно было превратить эту искру в пламя.
«Венатус» в Стормвотче определит ее будущее в этой коллегии и на арене. Ее план по убийству Дуомо и Скаевы висел на волоске.
Мия пока понятия не имела, как превратить его в надежный трос.
Четыре стража донны Леоны повели ее, Брин и Бьерна по густому лесу за Вороньим Гнездом. Через полмили они дошли до продолговатой площадки, длиной около мили, отмеченной плоскими камнями на охристом песке. В одном ее конце находилась конюшня, и Бьерн отправился туда со своим снаряжением и упряжью, пока Брин выпускала колчан за колчаном стрел в три мишени-пугала.
Стражи стояли в тени, не обращая на них никакого внимания. Мия вдруг осознала, до чего легко было бы близнецам сбежать – несколько стрел в грудь каждого стража, две лошади, и парочка уже поднимала бы пыль на горизонте. Но даже если бы им как-то удалось скрыться в республике с клеймом на щеках, они бы приговорили всех остальных гладиатов в коллегии Леоны к казни на арене.
Стоило отдать должное администратам – эти бессердечные ублюдки знали свое дело.
Пальцы Мии были сильно повреждены, и подолго держать лук она не могла, посему по большей части просто наблюдала за Брин. Девушка могла стрелять с завязанными глазами и одинаково хорошо обеими руками. Опустошив очередной колчан, она сняла сандалии и сжала лук между пальцами ног. А затем с удивительной сноровкой, какой Мия никогда не встречала, выгнула спину и выстрелила ногой, пронзая пугало в сердце.