Немецкие танки расстреливались огнем наших орудий, бронебойных ружей, танков, самоходок, сжигались бутылками с горючей жидкостью, поражались авиацией, рвались на минах.
Вражеская пехота отсекалась от танков и гибла под градом снарядов, мин и пуль или уничтожалась штыком в окопах.
Немецкие самолеты истреблялись нашей авиацией и зенитной артиллерией.
Через горы трупов своих солдат лезли фашисты вперед, но только в узкой полосе им удалось продвинуться на девять километров. Здесь нашли свой бесславный конец 2, 4, 9, 18 и 20-я танковые дивизии противника, его 6, 7, 86 и 292-я пехотные дивизии, а также 10-я и 31-я моторизованные дивизии, т. е. почти все, что составляло 9-ю армию генерал-полковника Моделя. Их перемололи доблестные советские войска под командованием Баринова, Онуприенко, Эльшина, Петрушина, Бондарева, Афонина, Мищенко, Игнатова, Казарьяна и других, а также соединения Галанина и танкисты Родина.
В упорной борьбе с врагом беззаветную отвагу и мужество проявили солдаты всех родов войск. От боевых частей не отставали службы снабжения и эвакуации.
Враг был не только остановлен, но и разбит. А у нас сохранились нетронутыми подготовленные в глубине обороны резервы.
12 июля на всем фронте было восстановлено первоначальное положение.
Вспоминая трудные дни битвы на Курской дуге, хочется поблагодарить маршала Рокоссовского за его спокойную распорядительность в этой операции.
У разных начальников, больших и малых, обращение с людьми бывает различное, выражение недовольства или одобрения проявляется по-разному. Товарищ Рокоссовский всегда был неизменно тактичным, корректным, независимо от обстановки. Даже во время самых тяжелых боев мы получали от него спокойную оценку действий и ободряющие указания.
Вечером на четвертые сутки боев К. К. Рокоссовский по телефону передал мне, что только сейчас говорил со Ставкой Верховного Главнокомандующего и там одобрительно отозвались о действиях 13-й армии. Это сообщение мы немедленно передали в войска. Оно наполнило радостью сердца солдат, вселило в них бодрость, вдохновило на новые подвиги.
За умелые действия во время битвы на Курской дуге 13-я армия наряду с другими активными участниками этих боев получила благодарность в приказе Верховного Главнокомандующего.
Приказы Верховного Главнокомандующего товарища Сталина имели тогда важное значение. Солдаты, офицеры и генералы отличившихся соединений и частей воспринимали их как высокую награду. С глубоким волнением прослушивались они по радио и нашими близкими в тылу, всем советским народом.
Историческая битва на Курской дуге закончилась нашей победой. Уже много сказано и написано о славных, незабываемых делах тех дней. Но только участники и очевидцы этого грандиозного сражения знают, каким оно было жестоким и какой великий подвиг во имя Родины совершил тогда советский воин.
Я слышал, что где-то недалеко от станции Поныри установлен обелиск в память о погибших там саперах. Это хорошо. Но почему вспомнили только о саперах? Следовало бы в центре поля Курской битвы воздвигнуть величественный монумент в память о погибших в этом сражении пехотинцах, артиллеристах, танкистах, летчиках, саперах, связистах и всех тех, кто снабжал армию боеприпасами, кормил воинов, лечил их раны.
При воспоминании о Курской битве перед глазами вновь и вновь встает образ бесстрашного и искусного советского солдата. То наступая, то обороняясь, неутомимо преодолевал он громадные пространства, сокрушая все препятствия своим мужеством и трудолюбием. Тысячи раз глядел он в глаза смерти. Отдыхал только в госпитале, получив ранение, а выздоровев, снова шел на фронт, отыскивал родную часть и опять брался за оружие.
Днем и ночью, в зной и стужу шагал этот скромный безвестный герой с винтовкой или автоматом, пулеметом или бронебойным ружьем, такими же безотказными, как и он сам. С ним всегда была и неразлучная лопата, которой перекопаны горы земли.
Шел наш солдат всегда подтянутым, бодрым и веселым, с шутками, с прибаутками, с песней. И в бою не терялся. Выбыл из строя офицер или младший командир— он всегда готов заместить их. Остался в одиночестве — ищет соседа, к которому можно было бы присоединиться и вместе продолжать свой ратный труд. Этим и объяснялась живучесть наших мелких подразделений.
Некоторые зарубежные литераторы, силясь раскрыть источник храбрости советского воина, пытаются объяснить ее «загадочностью русской души», «азиатчиной», неприхотливостью и тому подобной нелепостью. Но они забывают о главном — о том, что наш воин является гражданином социалистического государства, что он воспитан Коммунистической партией, что он глубоко понимает свой долг перед Родиной и всегда готов отдать за нее свою жизнь.