– Любовь наполняет всё до краёв!
А Калид рычал:
– Молчи! Не будь дураком!
Однажды он выбежал из своего кабинета, одной рукой держа две старые книги по алхимии, и швырнул их в зев пылающего атанора.
– Полная чепуха, – ответил он раздосадовано, когда Бахрам закричал ему остановиться. – Не мешай, я всё сожгу.
– Но почему? – воскликнул Бахрам. – Это твои книги! Почему, почему, почему?
Калид взял в руку комок крошащейся киновари и потряс им перед Бахрамом.
– Почему? Я скажу тебе, почему! Взгляни-ка на это! Все великие алхимики, от Джабира до Ар-Рази и Ибн Сины, сходятся во мнении, что все металлы – суть различные комбинации серы и ртути. Иванг говорит, даже китайские и индуистские алхимики согласны с этим мнением. Но когда мы соединяем серу и ртуть, даже очищенные от всех посторонних примесей, вот что мы получаем на деле: киноварь! И что это значит? Алхимики, которые описывают эту проблему (а их, замечу, крайне мало), уточняют, что, говоря о сере и ртути, на самом деле они не имеют в виду вещества, которые мы обычно называем серой и ртутью, а скорее чистые элементали сухости и влажности, которые подобны сере и ртути, но более эфемерны. Что ж! – он швырнул кусок киновари через весь двор, в реку. – Какой от этого прок? Зачем их так называть? Зачем верить тому, что они говорят? – он махнул культёй на кабинет и свою алхимическую мастерскую, а также на приборы, разбросанные снаружи. – Это всё груда хлама. Мы ничего не знаем. Они писали, сами не ведая, о чём.
– Ладно, отец, пусть так, только не сжигай книги! В них может оказаться что-то полезное, если внимательно читать. Кроме того, они обошлись нам недёшево.
Калид только фыркнул и смачно плюнул.
В следующий раз, когда Бахрам оказался в городе, он рассказал Ивангу об этом инциденте.
– Он сжёг много книг. Я не сумел отговорить его. Я хочу, чтобы он увидел, как любовь наполняет всё вокруг, но он не видит.
Плечистый тибетец выдохнул воздух губами, как верблюд.
– С Калидом такой подход не сработает, – сказал он. – Легко любить, когда ты молод и здоров. А Калид стар и однорук. Он лишился опоры, его инь и ян перемешались. Любви здесь места нет.
Иванг не был суфием. Бахрам вздохнул.
– Тогда я не знаю, что и делать. Помоги мне, Иванг. Он сожжёт все свои книги и уничтожит всё оборудование, и кто знает, что с ним станется тогда.
Иванг проворчал что-то нечленораздельное.
– Что?
– Я подумаю, что можно сделать. Дай мне время.
– Времени у нас в обрез. В следующий раз он перебьёт все приборы.
Аристотель ошибался
Уже на следующий день Калид приказал подмастерьям кузнеца вынести всё, что находилось в алхимических мастерских, во двор и уничтожить. Чёрным и диким взглядом он смотрел, как в солнечном свете разлетается с приборов пыль. Сосуды для песка, сосуды для воды, духовые печи, перегонные кубы, колбы, фляги, дистилляторы с двойными и даже тройными горлышками – всё стояло в облаке старой пыли. Самый большой гальванический дистиллятор в последний раз использовался для перегонки розовой воды, и, увидев его, Калид фыркнул.
– Это единственное, что у нас получилось. Столько приспособлений – и мы научились делать розовую воду.
Ступки и пестики, пузырьки, склянки, тазы и мензурки, стеклянные кристаллизаторы, графины, тигели, свечи, масляные лампы, жаровни, лопатки, щипцы, ковши, ножницы, молотки, алудели, воронки, разнообразные линзы, фильтры из волос, ткани и льна – наконец, на солнце было вынесено всё. Калид сделал жест, как бы отмахиваясь.
– Сожгите это, а то, что не горит, разбейте и бросьте в реку.
Но в этот момент появился Иванг, неся с собой небольшой прибор из стекла и серебра. Увидев такую картину, Калид нахмурился.
– Кое-что из этого ты мог бы, по крайней мере, продать, – упрекнул он Калида. – Разве ты все долги погасил?
– Всё равно, – ответил Калид. – Я не стану продавать ложь.
– Приборы не лгут, – возразил Иванг. – Они могут сослужить тебе хорошую службу.
Калид смерил его мрачным взглядом. Иванг решил сменить тему и обратил внимание Калида на устройство, которое принёс с собой.
– Я принёс тебе игрушку, которая начисто опровергает всего Аристотеля.
Калид с удивлением осмотрел предмет. Два железных шарика крепились к каркасу, который показался Бахраму похожим на молоточек водяного колеса в миниатюре.
– Вес воды, наливаемой сюда, приводит в движение рычаг, а две дверцы работают как одна и открываются одновременно. Одна створка не может открыться, пока закрыта вторая, понимаешь?