Как будто Судный день настал для дворца: снаряды прилетали в его стены каждые несколько минут. Исмаил юркнул за ворота и был доставлен к султану, который реагировал на происходящее с каким-то ярмарочным восторгом: Селим Третий стоял на самом высоком бартизане Топкапы, на виду у бомбардировавшего их флоты и наблюдал за разворачивающимися событиями в длинную серебряную подзорную трубу.
– Почему корабли не тонут, они же железные? – спросил он Исмаила. – Будут потяжелее сундуков с сокровищами.
– Вероятно, в корпусах достаточно воздуха, чтобы удерживать их на плаву, – сказал доктор, словно извиняясь за свою некомпетентность в данном вопросе. – Если корпус такого корабля будет пробит, наверняка он пойдёт ко дну даже быстрее, чем деревянные корабли.
Один из кораблей выстрелил, выплюнув клуб дыма, и словно отскользнул назад в воду. Все пушки, по одной на каждый корабль, дали залп. Суда были совсем мелкими: этакие гигантские водяные клопы, размером чуть больше, чем дау, что стоят в заливе.
Грянул выстрел и угодил в стену дворца, слева от них. Исмаил ощутил отдачу ногами. Он вздохнул.
Султан взглянул на него.
– Страшно?
– Немного, Ваше Превосходительство.
Султан ухмыльнулся.
– Пойдём, поможешь мне решить, что забрать с собой. Мне нужны самые ценные из сокровищ.
В этот момент он заметил что-то в небе и поднёс к глазу подзорную трубу.
– А это что такое?
Исмаил задрал голову: в небе показалось красное пятнышко. Оно плыло на ветру над городом, похожее на красное яйцо.
– Под ним висит корзина! – воскликнул султан. – А в корзине люди! – он рассмеялся. – Они изобрели способ летать!
Исмаил заслонил глаза рукой.
– Могу я воспользоваться вашей подзорной трубой, Ваше Превосходительство?
Красное пятнышко под белыми пышными облаками плыло в их сторону.
– Горячий воздух поднимается вверх, – осенило изумлённого Исмаила. – Должно быть, у них в корзине есть какая-то жаровня, и воздух, нагретый от её огня, попадает в мешок, удерживается там, и в итоге вся конструкция поднимается вверх и летит.
Султан снова рассмеялся.
– Как замечательно!
Он забрал трубу у Исмаила.
– Но я не вижу огня.
– Скорее всего, очаг совсем небольшой, иначе они подпалили бы мешок. Жаровню с углём отсюда не увидеть. А когда нужно будет спуститься, они просто потушат огонь.
– Я хочу такой же, – заявил султан. – Почему ты не сделал мне такой же?
– Мне не приходило в голову.
Настроение султана поднялось до небес. Красный летучий мешок плыл в их сторону.
– Будем надеяться, ветер унесёт его куда-нибудь подальше, – сказал Исмаил, следя за ним взглядом.
– Нет! – воскликнул султан. – Я хочу посмотреть, на что он способен.
Его желание исполнилось. Летучий мешок проплывал над дворцом и под самыми облаками, иногда прячась среди них, а то и вовсе исчез внутри одного облака, отчего Исмаила накрыло странным ощущением, что мешок парит по воздуху как птица. Люди летают, как птицы!
– Сбить их! – с азартом воскликнул султан. – Открыть огонь по мешку!
Дворцовые гвардейцы бросились выполнять приказ, но пушки, оставшиеся на полуразрушенных стенах, не задирались так высоко, чтобы взять мешок на мушку. Стрелки целились, и вслед за чеканными щелчками их мушкетов раздавались крики султана. Едкий пороховой дым наполнил воздух, смешиваясь с запахами цитруса, жасмина и поднятой пыли. Но, насколько приходилось судить, никто так и не попал ни в мешок, ни в корзину. Глядя на крохотных человечков, выглядывающих из-за борта корзины и кутающихся в плотные шерстяные шарфы, Исмаил подумал, что они, скорее всего, просто слишком высоко – вне досягаемости выстрела.
– Вероятно, на такой высоте пулями их не достать, – заметил он.
Но любой высоты будет достаточно, чтобы сброшенный вниз предмет долетел до земли. Люди в корзине помахали им, и на них стала падать чёрная точка, словно пикирующий ястреб нереальной плотности и быстроты. Она врезалась в крышу одного из дворцовых зданий, взрывом разметав осколки черепицы по всему внутреннему двору.
Султан завопил от восторга. Ещё три пороховые бомбы обрушились на дворец, одна попала прямо на стену, основательно повредив её и убив гвардейцев, обступивших там одну из пушек.
Уши Исмаила заложило в большей степени от визга султана, нежели от взрывов. Он указал на железные корабли.
– Они высаживаются.
Корабли уже подошли к берегу почти вплотную и спускали на воду шлюпки, в которые набились люди. Другие корабли продолжали обстрел и во время высадки ещё интенсивнее, чем прежде; их шлюпки не встретят ни малейшего сопротивления, когда причалят к берегу у разбитой бомбами городской стены.