Занятый работой с данными у себя на экране, Майкл исподтишка посмотрел на нее. Она все еще загружала информацию на свой изощренный ноутбук.
Потом Лина увидела, что он смотрит на нее. Майкл подумал, что ее чуть было не стошнило от этого. Лина сердито захлопнула крышку своего портативного компьютера, уклонившись от его взгляда.
«Я возвращаюсь в свою комнату и поработаю над этой проблемой», надменно заявила она. «Очевидно, ты этого сделать не сможешь».
Она бросилась мимо Майкла, открыв дверь лаборатории, и в этот момент юноша подумал, что Лина Симс точно выглядит как-то бледно и болезненно…
***
«Стоп, стоп, стоп!», закричала Робин Холлидей Лине, врезавшейся в нее в узком коридоре пассажирской зоны «Дестини Эксплорер». «Куда бежишь?», спросила журналистка, отскочив назад.
Напряженная темноволосая девушка-подросток взглянула на Робин, поморщившись от явного неудовольствия.
«Никуда… прочь с дороги!», вскричала Лина. «Я иду к себе в комнату».
Робин посторонилась, и девушка бросилась дальше мимо нее. Лина добралась до своей комнаты, порылась в кармане, найдя ключ-карту и пропустив ее через слот. Когда замок щелкнул, Лина, с силой дернув, открыла дверь. Она поспешила внутрь и захлопнула за собой дверь.
Робин услышала, как замок щелкнул снова.
Затем журналистка понимающе улыбнулась. «Ну-ну», подумала Робин с некоторым удовольствием. «Всемогущая принцесса микрочипов внешне, конечно, очень крутая, но я узнаю ее проблемку, потому что я очень хорошо знакома с ее симптомами».
И в этот момент Робин поняла, что Лина Симс страдает от той же проблемы, что и ее бывший босс, Ник Гордон.
«У этого маленького гения фобия полетов!»
***
Лина заперла дверь и едва добралась до койки, и тут ее бросило в дрожь. У нее задрожали руки, застучали зубы. Ее охватила паника, а сердце заколотилось, чуть ли не угрожая остановиться совсем. Задыхаясь, Лина выронила ноутбук на пол рядом со своей кроватью.
Застонав вслух, Лина вцепилась в одеяло, да так, что побелели костяшки.
«Черт!», закричала она на себя. «Что бы я ни делала, я не в состоянии подавить этот страх и забыть, что я в дирижабле!» Это всегда было тайной Лины. Она боялась высоты еще с самого детства. А за последнее время этот страх возрос просто в геометрической прогрессии. И теперь она с большим трудом могла сдерживать этот свой страх пребывания вне земли в течение часа за один раз.
И все же она была полна решимости попробовать победить этот страх, чего бы это ни стоило.
Первые несколько дней на борту «Дестини Эксплорер» Лина сидела запершись в своей каюте. Как она и просила, ей дали комнату в центральной части пассажирской зоны, поэтому в ее каюте не было окон. Еду ей приносили в комнату, вместо того чтобы она сама брала ее в остекленной столовой.
Она просто спряталась от всех, дожидаясь, пока страх, угрожавший ее поглотить, не пройдет. Наконец, лишь на второй, кажется, день, она оказалась в состоянии высунуться наружу в компьютерный центр, но не дальше. В коридоре не было окон, способных напомнить ей о том, где она находилась, но если она случайно выглянула бы откуда-то из окна, страх внутри нее поднялся бы вверх откуда-то у нее изнутри, из ее желудка, угрожая полностью ее поглотить.
Когда Шелли Таунсенд попросила Лину помочь с компьютерным освещением, Лина почти что пришла в полное отчаяние. Она была уверена, что все догадаются, чего она боится, и тогда ее снимут на ближайшей остановке.
К счастью, работу пришлось делать в центральной части корабля, и там не было окон, через которые она могла увидеть, как высоко летел дирижабль – и как далеко внизу была твердая, устойчивая Земля.
Лина Симс точно не знала, сколько еще времени сможет она скрывать свой страх перед полетом от всех остальных, но она была полна решимости продолжать притворяться, что у нее всё в порядке, притворяться как можно дольше…
А вот Ник Гордон, напротив, чувствовал себя так, словно заново родился.
Как он понял, это спецзадание изменило его жизнь – и это действительно почти началось! Потому что он выяснил, что у него нет фобии к полетам – он просто страдает от воздушной болезни, от укачивания.
Научному репортеру INN показалось, что первой ночи на борту «Эксплорера» не будет конца. Каждое движение дирижабля, каждое изменение в его звуке и скорости вызывали у него приступы тошноты. Он испытывал легкую тошноту на катерах и в подводных лодках – но угодить в самолет или в вертолет всегда было для Ника кошмаром.