– Бабушка, – тут же вскочил Кот, увидев её. – Умоляю, скажи где она? Их нет, неужели этот прохвост украл нашу Флауэр?
– Как нет? – Схватилась она сердце, и Лили с Коннеллом подхватили её с обеих сторон, усаживая на диван. – Я же их оставила вдвоём, он обещал, что им будет весело.
– Вижу, с таким талантливым юмористом всем весело, – буркнул Кот, а Лили сосредоточилась на оказании помощи бабушке, стала укладывать её на спину и попросила Кота принести лекарство.
Котовский чувствовал, что ему нужно бежать искать дочь, но и оставить бабушку не мог. На Лили можно было положиться, но каждый раз когда у Лиззи прихватывало сердце, у него самого сердце в пятки уходило, ведь Лиззи была для него всем.
К счастью, пришёл Зефф, и Кот быстро объяснил ему, что сделал Волли, тот и не сомневался, что с характером младшего брата можно было и не такое совершить, и первым делом он за него попросил прощения.
– Извинения от тебя не принимаются, сначала я его лично придушу, – ярился Коннелл.
– Именно поэтому, ты оставайся, а я его найду и верну её.
– Нет, я не могу сидеть и ждать.
Тогда Зефф предложил позвонить ему для начала, но мелкий в кои-то веки не брал трубку, хотя в жизни с телефоном не разлучался, даже в туалет с ним ходил, за что ему перепадало от отца, который всякую технику на дух не переносил. Кот посчитал это плохим знаком и рвался искать и убивать, а будущий вожак хотел решить проблему мирно и продолжил набирать брата.
Лили колдовала над бабушкой, наблюдавшей за нею тёплым взглядом, а краем уха слушала разговор парней и поняла, что младший брат Зеффа украл цветок Коннелла. Либо цветок был драгоценным, ведь вряд ли его интерес составило растение в горшке, хотя кто знает этих поселенских, может цветущая зелень представляла для них ценность, либо Лили вообще ничего не понимает. Но может ей тогда стоило позвонить Коте, чтобы она нашла пропажу.
В конце концов Зеффу подняли, он даже ответить не успел, как Кот выхватил у него телефонную трубку и стал ругаться:
– Ах ты мелкий паршивец, ты какого чёрта унёс Флауэр? Ты вообще понимаешь, что это киднеппинг, и я тебя за это могу запросто засадить за решётку… О, – его голос вдруг изменился на растерянный и смущённый, – Зифа, это вы? Простите, я думал, что это Волли. Да, Флауэр у вас? – Он нам воспрял и шумно выдохнул. – Вы идёте? Этот… Волли пусть тоже придёт, вы извините, конечно, но мне есть что ему сказать. Жду. Спасибо!
Он скинул и вернул телефон другу. Они переглянулись и кивнули.
– Не томи, – села на кровати Лиззи. – Это Зифа? Флауэр у них?
Кот подошёл к бабушке и присел перед ней на корточки, беря её руки в свои и поглаживая тыльную сторону ладони большим пальцем.
– Ба, она сказала, что Цветочек у них, Волли хотел показать ей фейерверки.
– Вот дурачок, – умилилась бабушка. – Аж от сердца отлегло.
– Всё это здорово и я рада, что вам лучше, – вскочила на ноги Лили, – и что ваш цветок нашёлся, но может кто-то расскажет уже, что это за особенный цветок, который любит салюты?
Трое волков переглянулись, когда в дверь постучали, и Кот побежал открыть дверь. На пороге стояла Зифа с ребёнком на руках, а за нею с коляской топтался Волли, вид его был понурый, он уже знал, что отхватит по первое число и придумывал, как восстановить доверие. Но на ум пока ничего не приходило, кроме извинений. Он рос, читая цитаты в соцсетях крутых волков, которые утверждали, что настоящие волки не умеют плакать – им не к лицу быть похожими на людей. Или – волк не вздрогнет, если рядом лает собака. Одно из его любимых – волки не извиняются. К тому же, как младшего, его ужасно баловали, потворствуя его обидкам и капризам. Но сейчас, понимая, что иного выхода нет, он готов был просить прощения, лишь бы его не разделяли с Флауэр.
По взгляду Кота он сразу понял, что одними извинениями тут не отделаешься. Коннелл выхватил девочку и прижал к себе так сильно, будто они год не виделись, а не пару часов. Но бывают такие пара часов, которые длятся дольше года, и Волли ещё предстояло о них узнать.
– Моя хорошая, – он целовал дочку и закружил по комнате, – я не переживу, если мы разлучимся.
Волли занёс её коляску и хотел отправиться помыть колёса по привычке, но Кот показал ему на выход, и он решил не спорить, лишь пролепетал извинения, а затем они с Зифой и Зеффом ушли. Зефф на прощание похлопал его по плечу и наказал обращаться, если что. Бабушка расслабилась, откинувшись на спинку дивана, и удовлетворённо сложила руки на животе. Только Лили сидела ни жива, ни мертва. Ей стало ясно, кто эта девочка, не ясно, почему волчонок её у украл и вернул – это вообще неважно, но вот то, что девочка являлась дочерью Коннелла, было ясно как день.