– Так что сказал отец? – Не удержался и вновь спросил Зефф.
– Ну, он рассказал о предназначенности, – ответила Котя, решив не юлить. – Что волк влюбляется однажды и на всю жизнь.
– И зачем он рассказал тебе это? – Заволновался парень.
– Потому что в меня втюрился один старый волк, – пояснила Котя, и сама от себя не ожидая этого, но решила, что была не была – зачем уходить далеко от кассы.
– Это он так сказал? Прямо втюрился и прямо старый?
– Другими словами, но суть я уловила.
– И… он сказал кто это?
– Ты дурак? – Вскинулась Котя, щёлкнула его по носу, прямо по родинке. – Естественно, мы говорили об определённом волке, – Зефф замешкался, она взяла его руку в свои, и даже в обеих её ладошках его массивная ладонь выделялась размером. Зефф сглотнул, Котя продолжила: – И я сказала, что не позволю его сердцу разбиться. Раз оно теперь у меня в руках, то я буду бережна. Но ты не думай, что будет легко, – добавила она резко, закидывая голову назад, чтобы встретить своими глазами его. – Сначала мы сходим в кино, на свидание, покушать, в парк аттракционов, – она нахмурилась, пытаясь припомнить, куда ещё ходят парочки, – ну, в общем, в разные места, а потом я подумаю и может разрешу себя поцеловать.
– Что? – Округлил глаза Зефф. – Поцелуй после полумиллиона свиданий только?
– Зато сразу пять раз, или десять, посмотрим, – она улыбнулась и подмигнула ему.
Он рассмеялся, откинув голову назад, и её взору предстал его кадык и смуглый подбородок на фоне голубого неба с редкими вяло плывущими облаками – красивая картина, как кадр из комикса, и в жизни её всё развивалось прямо как в комиксе – стремительно и бесповоротно, но обязательно со счастливым концом. Других концов она не признавала.
Уговорив её, что в кино нужно идти прямо сегодня вечером – и неважно, что будут показывать, они вернулись в дом, когда Куан скинул сообщение брату об удачном завершении миссии, а увидев их вместе сморщил лицо так, будто у него под носом, как морковка перед осликом, была подвешена персональная кучка навоза. Свои чертежи Зээв сразу утащил в подвал, чтобы изучать и обсуждать с Борзом и внуками, а Котя забрала свои и Зефф, прежде чем присоединиться к остальным, подкинул её до участка, так ему было спокойнее, со вчерашнего вечера его не покидало чувство тревоги за Котю.
Пока Котя изучала свои копии на телефоне, побоявшись перекинуть их на компьютер или распечатать на общем принтере, Дилан, получив свои распечатки от Хоупов, сразу углубился в них, и круживший над ним Феликс предлагал помощь, но тот отнекивался, а потом Феликс так его разбесил, что он посадил его за бумаги и сказал, что если тот не найдёт зацепку за пять минут, то сразу его уволит. То ли от страха оказаться уволенным, то ли от природной сообразительности, а он был довольно умным (но иногда тупил), то ли оправдывая образование, а выпускник строительного техникума – это уже не шапочное знакомство с чертежами, но Феликс сразу провёл пальцем путь от предполагаемого места на границе, где был выпущен пёс до дома вожака.
– Отлично ткнул пальцем в небо, – не стал хвалить его Дилан.
Однако он отметил, что сами они искали это дольше, и если бы не Зээв, то вряд ли бы сообразили. Ведь карта была запутанной, на ней словно специально наложили множество различных линий, которые отличались толщиной. И если на настоящие даже дышать было страшно, то на обработанных можно было спокойно водить пальцем и рисовать маркером, что они и стали делать, получив новую карту, испещрённую новыми линиями, но не все были верными. Котя тоже присоединилась, подсказывая. Некоторые линии у них вызывали споры, некоторые были прочерчены единодушно. В результате получилась новая карта, уже похожая на метро со своими разноцветными ветками, но всё ещё не дающая конкретной информации.
В концу рабочего дня Дилан остался с картой наедине, ему казалось, что ответ кроется где-то на поверхности. Он услышал, как Котя договаривалась о встрече в кинотеатре с кем-то на девятичасовом сеансе, и звучало это как свидание. Феликс, напротив, разговоров при нём по телефону не вёл и предложил задержаться и помочь в дальнейшей работе, но Райт сказал, что ему нужны с утра выспавшиеся сотрудники, а не сонные пельмени, коими сегодня они были. Вернувшиеся Рен и Уто были очень недовольны, они сегодня ездили с одного вызова на другой и даже перекусить толком времени не было, поэтому отчитавшись начальству, они скорее убежали по домам. И Дилан остался один на один со своими мыслями.