– Яйца. Не фяйца, где ты слово вообще такое взяла?
– За тобой повторила.
– Скажешь тоже, – не поверила она. – В общем, у мамы появился ухажёр.
– Фто? – Лили открыла рот от удивления, а еда чуть не вывалилась из него прямо на стол. Чудом конфуза удалось избежать, но Котя осталась довольна произведённым эффектом. Лили закрыла рот, пережевала всё со скоростью света и стала расспрашивать: – Какой ухажёр?
– Классный, мы все от него в восторге. Он вытащил маму из депрессии, и я очень надеюсь, вытащит нас из лап микроада, – она скрестила пальцы, для пущего эффекта на обеих руках. – Он приехал с нами, хочет просить у бабулиты её руки. Только мама пока не знает, – никого другого на кухне не было, но она понизила голос до шёпота: – она думает, что он будет просить бабулиного разрешения, чтобы встречаться.
– О Боже! – запищала подруга. – Почему это так мило?
– Я не знаю, я сама в шоке, но приятном. Я так рада, что мама перестала плакать.
– Это счастье. А вот моя мама вообще не плачет, но и мужчин рядом не держит, – поделилась Лили. Ей тоже хотелось, чтобы мама нашла свою опору в виде мужа для себя и отца для неё. Им было хорошо вдвоём, но мужского присутствия не хватало.
– Видимо, ей так комфортно. Не хочет делить тебя ни с кем!
– Да я тоже делить её с другими не хочу, – призналась Эванс. – Но я же вырасту и выйду замуж. А она останется одна. Это меня смущает.
– Заберёте её жить к себе. Вместе жить классно. Только не с моими, то есть мамиными родственниками. Или лучше сами станете жить с нею!
– Нет, он никогда в город не переедет, – уверенно сказала Лили, а потом поняла, что проболталась. – Упс.
– Ого, секретики, мисс Эванс? – Котя перевернула сэндвич в руке на манер фонарика и стала “светить” им в лицо как это делают на допросе. – Сами расскажете или будем вас пытать?
--
5 – Стоун – в переводе с англ. Stone – камен
Глава 5.2
– Блин, – она сжалась в комок и отодвинула от себя еду, ей больше и крошка не лезла.
Лили не собиралась рассказывать о своём тайном друге по переписке никому, но так глупо сдала себя. И ладно бы просто сдала, но нет же – сдала себя с потрохами, явно раскрывая, что он для неё больше, чем друг. Это было ужасно глупо – влюбиться в человека без лица и голоса, но ведь влюбляются девушки в героев романов? Так тех вообще не существует, они лишь выдумка автора, а её аноним был реальным, просто они с ним не виделись никогда. Пока.
– Не “блинкай” мне тут, – Котя хотела звучать строго, но у неё не получалось. – Давай рассказывай, кто похитил твоё сердечко?
– Он не похитил, но он мне очень нравится, – призналась она несмело, Котька завизжала.
Лили предложила перебраться в зал, там и ёлка стояла и было уютнее, и можно было обниматься, сидя рядом в одном кресле как в детстве. И теперь они визжали в унисон, когда Лили рассказала о том, как он начал ей писать, и что они уже долго ведут переписку.
– Он как мы? А вдруг кто-то из наших одноклассников? – Котя нахмурилась, перебирая в голове кандидатов, но удовлетворяющих её вкусу среди них не было.
– Ему двадцать, – созналась девочка.
– А тебе четырнадцать. Между вами пропасть в миллион лет! – ужаснулась Котя.
– Всего-то шесть, – ей стало неуютно, но чего она ждала? Её и саму разница в возрасте смущала неимоверно. – И мне почти пятнадцать.
– Всё равно он педофил.
– Он не такой, – стала она его защищать, интуитивно обнимая себя. – У нас платонические отношения.
– Ещё скажи, что он ни разу не предлагал встретиться.
– Предлагал, но я пока не готова.
– Потому что он тебя изнасилует, а тебе потом травма до конца жизни.
– Глупости не говори, он хороший.
– Давай пригласи своего старикана, и я скажу, хороший или нет. Я гондонов…
– Котя, ты ругаешься! И он не старикан.
Та закатила глаза, вообще это не самое грубое, что она могла сказать, но разочаровывать подругу ей не хотелось, да и опыт притворяться хорошей девочкой перед адовыми бабушкой и дедушкой был у неё обширный.
– Прости, вырвалось. Я хотела сказать, что если он не тот, кем хочет перед тобой казаться и имеет дурные мысли в голове, то я его сразу раскушу, – она звучала более чем уверенно.