От рутины оторвал звонок. Вызывающий абонент оказался никем иным, как Рубеном Ивановичем Семёновым, государевым ёжиком.
— Алё, — буркнул Алекс в микрофон.
— Алексей Матвеевич, — прошелестел колючий голос фээсбэшника, — надеюсь, не разбудил. Понимаю, у вас была тяжёлая ночь.
— Нет, спасибо за заботу.
— Я бы хотел поговорить с вами о вчерашнем инциденте.
Алекс надеялся, что разбор полётов, совмещённый с его поркой как ответственного за безопасность, начнётся в понедельник, дав ему спокойные выходные, но бойцы невидимого фронта отдыха не знают.
— У меня есть некоторые планы на ближайшее время, Рубен Иванович, так что я бы предпочёл перенести разговор на понедельник.
— Боюсь, — кольнул его голос Ёжика, — я вынужден настаивать. Но не волнуйтесь, это не займёт много времени, я сейчас у вашего подъезда. Насколько я понимаю, вы планируете посетить больницу. Я подвезу вас, и мы поговорим по пути.
«Сука, демонстрирует, что тоже умеет данные собирать. А не на воронке ли он за мной приехал?», — промелькнуло в голове у Алекса.
— Хорошо, Рубен Иванович. Подождите пару минут, я сейчас спущусь.
Нарочито медленно Алекс оделся, выбирая рубашку не менее десяти минут, и еще минут пять выбирал брюки. Обошёл с ненужной ревизией квартиру, помочился, тщательно вымыл руки, не менее тщательно вытер их полотенцем, и, жалея, что причин побесить Ёжика больше нет, отправился на улицу.
Воронка и автоматчиков с синими околышами на фуражках не было. Его ждал солидный чёрный робомерин, фирменный автомобиль современных гэбистов, тоже ничего хорошего, обтекаемый и гладкий, внутри — вежливо колючий Рубен. Алекс плюхнулся на кожаное сиденье и предупредил, что нужно заскочить за цветами, если конечно его не везут на Лубянку, Ёжик деловито кивнул.
— Ну вот и встретились, – начал фээсбэшник. Как вы думаете, – сразу перешел он к делу ,-- есть ли во вчерашнем инциденте влияние человеческого фактора внутри вашей системы?
— Конечно есть, — недовольно ответил Алекс. — Но кто это — я вам сказать пока не могу.
Алекс решил попытаться сразу отрезать все ёжиковы вопросы.
— Да я понимаю, — продолжал он агрессивно, — что я тоже подозреваемый и, возможно, главный. Подозревайте, на то вы на своё место и поставлены. Кто-то из наших ли — не знаю, вы же сами всех проверяли, так что если кто-то здесь — шпион, то прокол скорее ваш.
— Мы свою ответственность не отрицаем, — перебил его Семёнов, — но цель наша не столько покарать, сколько защитить. Мы же с вами одно дело делаем, а вы на меня второй день волком смотрите.
Эта попытка сравнить их Алексу решительно не понравилась, хотя он и не мог отрицать наличие правды в словах государева человека.
— Вы, конечно, — продолжал тот, — сейчас под повышенным вниманием, но всерьёз вашу кандидатуру на роль врага никто не рассматривает. Моя цель — составить общее первичное впечатление о мнении ведущих специалистов. Есть ли у вас кандидаты или ещё какие-нибудь идеи?
Алекс задумался:
— Смотрите. Взлом произошёл через список доверительных URL. Кто-то внес туда вредный адрес. Заполнить этот список можно на любом из 12 хабов Щита, так что пусть ваши иностранные коллеги тоже озаботятся. Но, учитывая, что взлом был направлен территориально на нас, то, скорее всего, и атака была организована местными. Либо Кувалда организовала скоординированную диверсию на международном уровне. В принципе, они могут — группа-то международная.
Семёнов поёрзал, скрипнув кожей сиденья.
— А что вы скажете о Кувалде, насколько они могущественны?
— Ну, настолько, что могут внедрить зловредный файл в нашу систему, — хмыкнул Алекс. — Это чего-то да стоит, а так, лично я ничего не знаю толком. Так, читал их манифест и пару раз видел их попытки взломать нас. Ничего серьёзного. То, что было вчера, — это, по моим данным, пик их деятельности.
— По вашим данным, — уточнил Ёжик. — То есть вы допускаете, что могут существовать уязвимости, о которых вам неизвестно?
— Запросто. Вы не представляете, какая дотошная ревизия всей системы случится в ближайшие месяцы. И я буду одним из основных её инициаторов и участников.
— Ну что ж, — колюче улыбнулся фээсбэшник, — даже не знаю, что лучше пожелать вам: найти уязвимости или не найти их.
Они помолчали как на поминках.
– А вот, Марк Сергеевич, — продолжил Семёнов, — он мог быть причастен?
– Марк? — Алекс коротко хохотнул и почесал затылок. Если он способен на такое, то он гений конспирации. Для него программирование — это создание презентаций.
Рубен Иванович покачал головой.
– Дело в том, что со вчерашнего вечера он не выходит на связь. Уехал в Санкт-Петербург, на вокзале выключил смартфон и пропал с радаров.
Алекс забеспокоился, а не был ли Марк действительно спящим агентом, годы талантливо изображающим из себя лопуха, и воруя секреты компании, параллельно внедряя вредоносный код? Если это так, то ситуация могла обернуться полной катастрофой. А почему он уехал в Питер? Уходит через границу? Но на таможне его остановят, значит нелегальный переход? Алекс чуть не рассмеялся представляя, как Марк в камуфляже пробирается по карельским лесам, или в гидрокостюме переплывает лесное озеро.
Да и зачем раскрывать глубоко внедренного агента после такого незначительного взлома? Значит зловредный код внедрен где то еще. Алекс поежился представляя масштабы грядущей ревизии и возможных страшных находок.
– Признаюсь, — ответил он гэбисту, это и меня удивляет. Но на Марка бы я подумал в последнюю очередь
Их диалог прервал вызов на смартфон Алекса. Тот посмотрел на экран.
– Вот! — радостно сообщил он Рубену Ивановичу. Вспомнишь о… Марке, он и появится. Звонит наш потеряшка.
– Включи на громкую, — ненавязчиво перешел на “ты” Ёжик.
Взволнованный фальцет Марка ворвался в салон мерина:
— Алекс, привет! Что там у вас вчера случилось?
— Здравствуйте, Марк Сергеевич, — не дал Алексу ответить государев человек. Это Рубен Иванович Семенов, мы с вами виделись вчера в офисе. Мы как раз с Алексеем Матвеевичем обсуждаем это происшествие.
— Здравствуйте Рубен Иванович, — робко поздоровался Марк.
— Вы не могли бы объяснить мне, почему были недоступны со вчерашнего вечера? Как раз, практически в момент начала атаки ваш смартфон перестал быть доступен, последний раз он был виден в районе Московского вокзала в Санкт-Петербурге. А потом, до текущего момента вы были неизвестно где. Мы, знаете ли, черти что о вас думать начали.
Марк так шумно сглотнул, что наверное слышно было даже за пределами робомобиля. Алекс со сладострастным злорадством представил полное ужаса лицо шитового аналитика.
— Вы понимаете, — затараторил Марк, пытаясь вставить в каждое мгновение максимальный объем информации, как будто цепные псы режима уже рвались к его глотке, и у него оставалось исчезающе мало времени для оправданий, — у меня девушка живет в Питере, я к ней каждые выходные езжу, ну или она ко мне. Вот вчера вышел из поезда, она меня встретила, и чтобы нас никто не отвлекал мы выключили мобильники. Мы всегда так делаем, можете проверить по логам, в Щите все есть. А недавно включил, прочитал новости, обалдел и тут же позвонил Алексею.
То, что у Марка есть девушка, вязалось с представлениями о нем Алекса, еще меньше чем роль Джеймса Бонда. Марк и девушка? И они с ней, почти сутки так заняты друг другом, что отключают мобильники? Алекс мог бы предположить, что у Марка хватит ума всю ночь гулять с девушкой по Петербургу, но октябрьский Питер только к революциям располагает, а не к романтическим прогулкам. Да, скорее всего Марк трахался! Нет, шпионаж и Марк это еще куда и шло, но Марк и секс! Это выходило за все представления Алекса о реальности.
А что там за девушка? Находясь под воздействием фантастических новостей Алекс мгновенно нафантазировал себе длинноногую фотомодель блондинку, да еще с каким нибудь гуманитарным дипломом. Которая не только Ван Гога от Гогена отличает, но даже Мане от Моне. К удивлению от открывшихся ему сторон Марка, добавилась ревность выдуманной блондинки к шитовому аналитику.
— Если вы хотите, — продолжал свой речитатив Марк, — я прямо сейчас приеду в Москву.
Ежик залез в карман пиджака и достал упаковку Тик-Така, вытряхнул пару драже на ладонь и закинул в рот, затем протянул коробочку Алексу, тот отрицательно покачал головой. Сквозь трубку Алекс слышал, как у Марика седеют волосы. Убрав Тик-Так в карман, Семенов, наконец, удосужил Марка ответом:
— Не беспокойтесь, со своей дежурной лаской проворковал Ёжик, я навещу вас в офисе в понедельник. Все же выяснилось.
“Вот сука! — возмутился про себя Алекс. Меня он в субботу ни свет ни заря из постели вытаскивает, а этого Казанову в понедельник только трясти будет”.
А Рубен с непривычной теплой искренностью добавил:
— Я сам из Питера.