— Знаете, каждого человека можно засадить туда, где ему понравится ещё меньше, как бы плохо ему сейчас ни было.
На секунду замешкавшись и пожелав Ёжику исчезнуть в тумане, Алекс вернул улыбку:
— И для каждого человека Щит найдет причины это сделать, а я могу узнать их у Щита, и сейчас я это вам продемонстрирую.
Отгородившись ноутом от фээсбэшника, Алекс вывел изображение на общий экран комнаты и обратился к Выгрызу за поиском компромата на Губко. Дело было привычное, не то чтобы это была ежедневная рутина, но собирать компромат на неугодных в интересах государства Алексу приходилось регулярно. Возможно, если бы он делал это чаще, то привык бы выступать в роли мастера, сколачивающего виселицу, а так было противно, ещё один замечательный повод напиться вечером. Белый гризли, уже натренированный на былых жертвах, стремительно обратился к базе Щита и начал своё грязное дело. Первое, что выдал Щит, порывшись в своей колыбели: в молодости Губко был активным оппозиционером и донатил Навальному.
— Смолоду гнилым был, — констатировал Семёнов, покалывая экран своими бельмами, — но этого мало. Так, для общей картины пойдёт.
Детское порно. Опять по юности, но несколько раз Губко передернул на крамольный контент.
— Мерзко, — довольно фыркнул Ёжик, — но уголовку за это не пришьёшь.
А вот это было уже интересно, хоть и банально. Владлен Михайлович любил кокаин. Совершенно обыденная слабость для сильных мира сего. Да что для сильных? Анализы сотрудников российского отделения Щита уверенно ставили кокаин на первое место среди потребляемых наркотиков.
А Владлен Михайлович, судя по данным всеведущего стукача, постоянно имел при себе пару грамм. А дома у него хранилось ещё как минимум грамм двести. Щит даже знал, где кокаиновый губернатор прячет объект своего порока.
— А вот это то что надо! — обрадовался фээсбэшник. — На этом мы его закроем плотно и красиво. Подготовьте мне данные о его тайнике, ну и заодно про Навального и детское порно скиньте, для общего портрета, так сказать. Ну и продолжайте искать, не думаю, что это единственные грешки Владлена Михайловича за долгую и счастливую жизнь.
Компромат был слит на флешку гостя и отдан государеву человеку. Зелёная папочка была конфискована, так и не удостоившись чести быть открытой.
— Что ж, — пожимая руку и глядя на Алекса снизу вверх своим колючим взглядом, с той же лаской проговорил Рубен Иванович, — не смею вас больше отвлекать. Надеюсь, вы понимаете, что всё вами услышанное не должно покинуть стены этого кабинета?
Рукопожатие стало жёстким, почти болезненным. Алекс кивнул.
Государев человек отпустил руку и кивнул, изобразив что-то вроде поклона, бросил ласковое «До скорых встреч» и исчез так же тихо и беспардонно, как появился.
— Ну что ж, — отметил Алекс, — сегодня выпью за упокой Владлена Михайловича.
Взгляд на часы вывел Алекса из размышлений о визите Семёнова. Без пятнадцати четыре. Он с неприятным уколом вспомнил про Анвара. Шитовый аналитик, должно быть, уже замучил бедного парня насмерть.
Он подошёл к переговорке и заглянул внутрь. Картина была предсказуемой и печальной: Анвар с страдальческим видом что-то записывал в блокнот, а на экране за спиной Марка сиял очередной слайд с диаграммой, иллюстрирующей, как повысить эффективность совещаний по повышению эффективности.
Алекс распахнул дверь, прервав монолог.
— Марк, давай ты оставшуюся часть своего эпического полотна скинешь Анвару на почту? У меня как раз для него первое задание появилось. Пусть в суть вникает.
Марк замолк, на его лице застыла маска глубокой профессиональной обиды.
— Алексей, я как раз объяснял…
— Я видел, что ты объяснял. Он всё прочитает. Обещаю. Анвар, пошли.
Анвар чуть ли не с мольбой взглянул на Марка, но тот лишь раздражённо махнул рукой.
— Ладно. Иди. Но отчёт о первом рабочем дне я жду на почту к завтрашнему утру. И, Анвар, — он сделал значительную паузу, — только сам. Без помощи Гризли. Понятно?
— Так точно, — буркнул Анвар и буквально выскочил из комнаты, спасаясь от презентационного плена.
В коридоре Алекс повернулся к нему:
— Извини, что не спас раньше. Меня тут фээсбэшник пытал. Ты хоть обедал?
Анвар с облегчением выдохнул.
— Нет, не успел. Марк Сергеевич считает, что поглощение информации важнее поглощения пищи.
— Марк Сергеевич фанат своего дела. Пойдём в столовую.
— Только я сначала в туалет заскочу, — смущённо сказал Анвар.
Что ж, датчики в канализации сегодня получат кристально чистые анализы новичка. Хороший мальчик. Это пока.