Показалось, или в ответ на ласку Ворон едва заметно улыбнулся.
Экипаж свернул с оживленной улицы в глухой тупик, остановился на крохотном пятачке перед одноэтажным бараком. Когда керляйн Висеншафт открыла дверцу, стал слышен приглушенный собачий лай.
– Сюда, керр Фромингкейт, – женщина поднялась по рассохшемуся крыльцу.
Крохотная комната за тяжелой дубовой дверью едва вмещала в себя конторку для письма, этажерку с бумагами и усыпанный шерстью продавленный диван, на котором вздыхала седая сука со слезящимися глазами. Рядом сидела миниатюрная девушка, молоденькая, почти ребенок, и наглаживала собаку. В помещении висел тяжелый дух болезни и мокрой шерсти.
– Фрея, потерпи немного, моя хорошая. Фрея… свои!
Овчарка, встопорщившая уши и заворчавшая при появлении чужаков, с облегчением улеглась обратно.
– Агнесс, рада тебя видеть. – Собачница приветствовала керляйн Висеншафт словно давнюю подругу. – Керр, доброе утро.
Улыбка, подаренная Юргену, была гораздо холоднее. Когда она повернула голову, стажер понял, что ошибся насчет возраста: незнакомка относилась к тому типу женщин, которых отлично описывает фраза «маленькая собака до пенсии щенок».
– Доброе утро, Марлен. Фрея, да? Давай знакомиться, Фрея.
Не боясь испачкаться, керляйн Висеншафт опустилась на колени перед овчаркой, дала себя обнюхать, зарылась пальцами в мех.
– Хорошая девочка. Умница. Ей десять?
– Одиннадцать, – поправила Марлен.
Убедившись, что подруга и Фрея нашли общий язык, собачница слезла с дивана, прошла за конторку. Поманила Юргена, забрала документы, принялась заполнять журнал.
– Как у вас тут дела? – керляйн Висеншафт на мгновение отвлеклась от воркования с сукой.
– Все по-старому, – отозвалась Марлен, водя пальцем по линованному листу в поисках нужной строчки. – Шум, гам, суета. Споры с бухгалтерией по поводу средств на обновление вольеров. Вчера егерь из Науталлена забрал пару кобельков. Должны были еще из коммуны Таубер подъехать, но у них возникли какие-то трудности. Динка ощенилась, замечательный помет…
Юрген почувствовал себя лишним. Краем уха прислушиваясь к трескотне, он бездумно разглядывал грамоты и вырезки из газет, которыми обклеили всю стену за конторкой. Конечно же, статьи были посвящены собакам: «Пес нашел потерявшегося в лесу ребенка», «Щенок спугнул грабителя», «…признана лучшей овчаркой». Взгляд зацепился за знакомое имя: «Благодаря Бесу полиции удалось задержать нелегальных поставщиков дурманной травы. Начальник седьмого участка полагает, что получится выйти на главарей преступного синдиката».
– …я уж опасалась, дадут рекомендацию на усыпление. Готово.
Увлекшись статьей, Юрген не сразу понял, что обращались к нему. Марлен раздраженно впихнула стажеру в руки ветеринарный паспорт и снова забыла о его существовании.
– Может, щенков-то посмотришь?
– В другой раз, – с сожалением отказалась керляйн Висеншафт.
Она сняла со стены шлейку, привычно защелкнула на ошейнике, потянула. Собака с трудом сползла с дивана, потрусила за новой хозяйкой, подволакивая заднюю ногу.
– Я загляну на неделе, – пообещала вслед Марлен.
– Буду ждать.
У экипажа возникла заминка. Фрея несколько раз пыталась забраться по крутой приступке, но лапы подгибались, и она соскальзывала. Керляйн Висеншафт неодобрительно оглянулась. Юрген преодолел себя и затолкнул овчарку в экипаж. На ладонях осталась склизкая шерсть. Он брезгливо обтер руки о снег, но полностью избавиться от запаха псины не смог.
Фрея обнюхала Беса и Ворона – без интереса, исследуя территорию. Улеглась на пол. Агнесс склонилась над ней, почесывая за ухом.
– Хорошая девочка.
Люди, големы и собака – в карете сразу стало тесно. Керляйн Висеншафт увлеклась сукой. Сожалея, что не сообразил перебраться к вознице, Юрген отгонял мысли о клыках, находящихся в полуметре от его голени. Успокаивало, что собака старая и воспитанная, зубы у нее давно сгнили и ехать до лаборатории недалеко, а там он распрощается как с сукой, так и ее хозяйкой. Стажер бы и кукол заодно оставил, да придется объясняться с керр Фликеном и шефом.
Карету тряхнуло и резко накренило в сторону. Юргена бросило вперед, на Ворона. Керляйн вцепилась в ошейник, удерживая собаку.
– Наверно, ребенок выскочил на дорогу? – предположил стажер, усаживаясь на место.
Карета трогаться не спешила. Вокруг нарастал неясный ропот, будто десятки людей говорили одновременно.