Дело парфюмера оказалось донельзя банальным, как говорится, на один день. Керр Наизе отличался не только талантом творить головокружительные ароматы, но и умением вешать лапшу на уши. Керляйн Дороти, стоило ей увидеть детективов, созналась тотчас же, просила лишь учесть, что была в изрядном расстройстве: подлец обещал жениться… на ней, а заодно на богатой вдове, розыском которой теперь занималась участковая полиция, и, кто знает, возможно, на ком-то еще.
– Даже если чувства угасли и новая керляйн заняла место в вашем сердце, найдите в себе мужество признать это в открытую и расстаться, как подобает честному человеку.
Керр Фолтерштап подмигнул и направился ко входу в здание, насвистывая фривольный мотивчик про любвеобильного сатира и пастушку.
– Мы не… – возразил Юрген, но старший коллега уже скрылся за дверью, и доказывать что-либо стало бесполезно. Керляйн Айланд открыла рот, но он невежливо перебил: – Как долго вы намереваетесь следить за мной?!
– С чего это вы взяли? – опешила Инджи.
– Вы расспрашивали покойную келер Вермиттерин, обманув старушку тем, что обещали наклепать о ней статейку в несуществующем журнале. Нахамили в театре моей девушке. Даже в столицу за мной ездили! Теперь явились на работу, – перечислил Юрген. – Вряд ли для газеты представляет интерес простой сотрудник первого отдела. Воровать у меня тоже нечего. – В другое время воспитание не позволило бы так грубо, в лоб высказывать ничем не подкрепленные обвинения, но сейчас он устал, от духов у него разболелась голова, да и замечание керр Фолтерштапа сыграло роль. – Вам доставляет извращенное удовольствие подглядывать за малознакомыми мужчинами? Или вы втюрились в меня?!
– Да как!.. – керляйн Айланд задохнулась от возмущения. На обмороженных щеках вспыхнули пунцовые пятна. – Как вы вообще додумались?! – девица развернулась и, подобрав юбки, устремилась прочь. Окованные каблучки сапог забивали слова в булыжную мостовую. – Животное! Неотесанный мужлан! Я! Влюбилась в него! Да кем он себя возомнил?! Краеугольным камнем мира?!
В который раз Юрген пожалел, что не имеет ни одной веской причины арестовать девицу. В прогулке под окнами первого отдела, пусть и подозрительной, нет ничего криминального. Журналисты же – головная боль: задень одного из их братии, вонь поднимется сильнее, чем в лавке керр Наизе, – и сразу известно, кого обвинят в проблемах. Лучше не связываться: шеф и так последнее время на него зол.
День разговоров на этом не закончился. В вестибюле Юргена дожидался керр Фликен. Лаборант, впервые встреченный стажером за пределами големной, напоминал выбравшегося на свет крота – неуклюжего, растерянно щурящегося и не вписывающегося в окружающий интерьер.
– Керр Фромингкейт, не могли бы вы зайти ко мне?
Юрген не мог. После лавки парфюмера ему хотелось немедленно добраться до дома и снять с себя пропахшую духами одежду или хотя бы выпить в кабинете у Луцио – заглушить противный привкус парфюма в горле (словно он не дышал туалетной водой, а глотал ее).
Но керр Фликен не имел причины дергать коллег по пустякам. Стажер повесил на вешалку пальто и потащился в подвал.
Оказавшись в големной, среди привычных вещей и инструментов, лаборант повел себя увереннее. В помещении было по-прежнему болезненно ярко, а обнаженное мужское тело на рабочем столе заставило поежиться уже Юргена: куклы все-таки слишком сильно походили на людей. Райнер скользнул взглядом по Ворону без интереса, убеждаясь, что за время его отсутствия ничего не изменилось.
– Я не отниму много времени, – начал он. – Не уверен, важно ли это вообще. Но, кажется, я выяснил причину ошибок поведения. Был поврежден один из управляющих контуров, что привело к путанице со временем и последовательностью событий. К сожалению, при настройке потерялась часть памяти. Не знаю, совпадение это или нет, но утраченный раздел пришелся на день смерти келер Вермиттерин.
Прежние подозрения всколыхнулись в душе с новой силой.
– А причина?
– Естественный сбой? – предположил керр Фликен. Судя по сомнениям, звучавшим в его голосе, он и сам не верил в этот вариант.
– Или вмешательство извне, – пробормотал Юрген.
– Это сложно сделать без информации о ключах доступа и соответствующих инструментов, – возразил лаборант.
Стажер знал человека, который с легкостью мог такое провернуть. У Юргена не было предположений, зачем Куратору понадобилось убивать безобидную старуху. Как и не было уверенности, что неисправность голема связана с «убийством».