– Если это все, что вы собирались мне рассказать, полагаю, вам следует позвать своих коллег. Хочу вернуться обратно в камеру.
Луцио покачал головой.
– Последний вопрос, если позволите. Где сейчас Катрин?
– Какое вам дело до моей дочери?! – нахмурился керр Хаутеволле. – Она не имеет отношения к управлению садом манакамней. При всем желании вам никак не притянуть ее по вашим надуманным поводам.
– И все же у меня есть ордер на ее арест.
Детектив вытащил из папки очередной документ, придвинул к заключенному, предлагая ознакомиться. Для Юргена наличие ордера также стало неприятным сюрпризом.
– У нас есть веские основания подозревать, что Катрин причастна к убийству келер Вермиттерин.
Управляющий мануфактурой побелел. Юргену даже показалось, тот вот-вот лишится сознания.
– … – одними губами прошептал керр Хаутеволле.
– Простите, не расслышал.
– Ее нельзя трогать. Нельзя. Иначе она погибнет.
– Керр Хаутеволле, успокойтесь. Может быть, мы все-таки поговорим открыто? – В голосе Луцио прорезалось живейшее участие, и Юрген снова изумился, с какой скоростью напарник меняет маски.
Ссутулившийся управляющий словно постарел лет на десять. На лице в мучительной борьбе отчаяние сменялось упрямством. Наконец керр Хаутеволле спросил:
– Разве вы не пошли бы на все, чтобы спасти жизнь дочери?
– Полагаю, что да, – осторожно, боясь спугнуть внезапную откровенность, согласился Луцио.
– Катрин… с самого рождения была чахлым ребенком. Лекарства, целебные грязи и соли – все эти средства замедляли болезнь, но не излечивали ее. В конце концов дочь настолько ослабла, что оказалась прикована к постели. Наш домашний лекарь утверждал, что все разрешится в ближайшие полгода. Профессор Штайнер же сотворил чудо! Он поставил мою дочь на ноги, вернул ей здоровье и возможность наслаждаться этим миром, за что я всегда буду ему благодарен.
– И, полагаю, ваша благодарность имела вполне определенное материальное воплощение? – Арестованный насупился, сожалея о сказанном, и Гроберу пришлось надавить. – Ну же, керр Хаутеволле, позвольте первому отделу разобраться. Если Катрин стала жертвой шантажа, мы поможем. Но нам не хватает информации, и мы рискуем наделать ошибок. Пострадают люди, и ваша дочь в том числе.
Отец Катрин сгорбился. Перед детективами сидел усталый, загнанный в угол человек.
– Шантажа? Да. Пожалуй, так. Ведь лекарство она должна пить пожизненно. В этом причина! – Глаза керр Хаутеволле лихорадочно блестели безумием. – Он просто воспользовался моей невинной девочкой в своих грязных целях!
– Кстати, о целях… чего добивается профессор Штайнер?
Управляющий мануфактурой запнулся, преодолевая внутренний блок, и покачал головой.
– Я мало что могу добавить к вашим словам, – сдался он. – Керр Штайнер действительно требовал большой объем манакамней, порядка тридцати тонн в месяц, не ниже второго сорта.
Луцио присвистнул: число впечатляло. Такого количества источников хватило бы, чтобы безбедно жить год в не самом захудалом районе столицы, обогревать в течение недели четверть Апперфорта. Или вырастить гомункула в ускоренные сроки.
– Я не интересовался, зачем керр Франку понадобилось столько манакамней, – продолжил отец Катрин. – Два-три раза в месяц приезжал керр Норт. Я не знаю, куда он отвозил груз. Как-то в беседе прозвучало «Копперфален», но являлся ли этот район конечной точкой, мне не известно.
– Сколько вы уже сотрудничаете с керр Штайнером?
– Порядка тринадцати месяцев.
– И все это время вы поставляли манакамни в указанном объеме?
– Да.
Луцио задумался, высчитывая.
– Вы знали, что керр Норт был убит?
– Догадывался. Как это произошло?
– На заброшенной пересадочной станции, – не стал скрывать обер-детектив. – Керр Норт перепутал нашего сотрудника с родственником керр Бладзауге, и, когда они приехали на место встречи, где их ждал профессор, тот застрелил союзника.
– Полагаю, керр Штайнер занервничал, решил, что его предали. Вы взяли Отто Метцгера, а спустя несколько дней на встречу приезжает ваш стажер… что он мог подумать?
– Он начал избавляться от свидетелей, – подсказал Луцио. – Главный врач Апперфортского госпиталя, финансист керр Гейдел…
– Архивариус керр Унтерваген… – управляющий назвал еще пару фамилий мертвецов, до этого прозвучавших при допросе организаторов стачки.