— А зачем вам в столицу? — Спросил хозяин.
— По делам. — Коротко ответил Эдуард.
— Не секрет ли, по каким? Вы уж простите, если лезу не в своё дело, просто здесь редко увидишь нового человека, да ещё и сопровождаемого военными.
— Один человек попросил отыскать другого, ну и вот, еду за вознаграждением.
— Смею предположить, речь не про вашу попутчицу.
— Верно, от неё ещё попробуй избавься.
— Тогда…
— Ага.
Мужчина понимающе кивнул и больше не задавал вопросов, полагая, что гостю эта тема неприятна. На деле, Эдуарду она была безразлична, но он был не против докурить в тишине. Когда оба они вернулись в дом, женщины болтали о чём-то на кухне, притихнув при появлении мужчин. Настало время укладываться спать, гостям предложили одну кровать на двоих, впоследствии извинившись за это, когда выяснилось, что Эдуард с Ангелиной — не пара. Ещё одной кровати в доме не было, так что ничего с этим фактом нельзя было поделать, пришлось им делить одну постель. Ни Эдуард, ни Ангелина этому рады не были. Первый мечтал побыстрее со всем закончить и вернуться в привычную среду обитания, лёжа на спине и смотря в потолок. Вторая грезила новыми перспективами, какие открылись бы ей, приюти её Светлые на своей земле насовсем. Так они и уснули, грезя кто о чём. Утром их разбудили на завтрак, не менее вкусный, чем ужин, а сразу после настало время прощаться. «Если здесь так здорово, то представь, каково в Шпиле», — стращала Ангелина спутника; больше ей не с кем было делиться впечатлениями, планами и ожиданиями, а её от них буквально распирало. Эдуард же лишь молча пожимал плечами и всячески уворачивался от этих разговоров. Ему тоже понравилось в Злаке, но ещё ему казалось, что жизнь в подобном месте не для кого-то вроде него. Пока Дыра не утонула во тьме окончательно, он не был готов уйти с пригретого местечка и кардинально изменить свой образ жизни. Ещё раз проверив документы и зачем-то обыскав Эдуарда с Ангелиной, их усадили на казённую повозку и отправили в путь. В глубине земель Светлых было ярко и красочно, природа, не угнетаемая тьмой, в этих местах демонстрировала чудо разнообразия. Как бы долго Эдуард не смотрел по сторонам, открывшаяся его взору картина всё никак не надоедала. За исключением молчаливого и недоброжелательного кучера, поездка выдалась приятной и расслабляющей.
Шпиль был городом внушительных размеров, настоящая крепость, обнесённая несколькими слоями стен, увешанных родовыми гербами снаружи. Каждый из них указывал на то, какая из знатных семей ответственна за защиту соответствующего района города и прилегающих земель. Влияние распределялась между ними соответственно, заведовал этим первосвященник, выполнявший роль высшего органа власти. Величественные ворота Шпиля были всегда открыты. Не столько во избежание нерациональных растрат человеческих сил на их постоянное открытие-закрытие, сколько в качестве символа неоспоримой безопасности, гарантируемой каждому жителю. Жест этот отзывался в сердцах простых людей именно так, как было задумано. На улицах было много народу, но, в отличие от какой-нибудь Дыры, издаваемый ею гул был совсем иных тона и настроения, что мгновенно подметил Эдуард, имеющий с явлением звука особенные отношения. А в целом, разница между упомянутыми населёнными пунктами виднелась во всём: где в Дыре грабили, там в Шпиле делали подарки, где в одном городе убивали за кусок хлеба, в другом давали щедрую милостыню, и так далее. Эдуард по этому поводу испытывал смешанные чувства. Это место его одновременно притягивало и отталкивало. Душа его тянулась к безопасности и благополучию Шпиля, но под каждой улыбкой ему мерещилась фальшь. Будто останься он здесь, его наверняка обманут вновь, словно не может существовать города, в котором всё настолько хорошо, насколько кажется на первый взгляд. Никак он не мог поверить, что всё это по-настоящему: вкусные запахи еды, чистые улицы, улыбчивые люди и счастливые дети, носящиеся со своими незамысловатыми игрушками взад-вперёд. Так он и озирался диким зверем по сторонам, пока они не дошли, наконец, до здания, у входа в которое расхаживала стража. Пропустили их внутрь лишь после того, как один из солдат скрылся за тяжёлой дверью, а после вернулся с подтверждением: «Да, он их ждёт». После Эдуарда и Ангелину сопроводили внутрь, по многочисленным широким коридорам, к кабинету, в котором заседал уже знакомый им человек. Он поднял на вошедших взгляд и жестом приказал подчинённым покинуть помещение, что они незамедлительно и сделали. Также без слов он указал вошедшим на пару стульев, заблаговременно передвинутых из угла комнаты к столу.
— Ну? — Произнёс Константин вместо приветствия.