Пожухла трава у врат Шпиля, разрушились источающие свет обелиски. Много лет назад Дыру окончательно поглотила тьма, перемолов и ассимилировав жителей в один присест. Те, кто не успел бежать, не смогли ни бороться, ни даже задержать наступление тьмы. Последние надежды Светлых были уничтожены, равно как и города, им подконтрольные. Никто больше не заселял их руин, ведь некому было это делать. Не осталось никого кроме тех, кто смог укрыться в стенах Шпиля. Было их немного, политика Светлых пред лицом уничтожения стала ещё более жестокой, ничего общего более не имея с благородным замыслом. Повсюду сновали твари, вид которых становился всё более гротескным, росли колючие кусты и возвышались к чёрному как смоль небу стволы ужасных деревьев. Чуть дальше, с горизонта, на последний оплот человечества надвигались огромные существа, истинные порождения скверны, разносящие её по миру. За прошедшее время они стали более чем видимы и осязаемы. Голем же всё сидел в стенах своего дворца. Он размышлял над тем, откуда ему всё это известно, как может он знать обстановку в целом мире, не двигаясь с места. Вывод пришёл сам собой: он просто обрёл некоторую связь. Со всем ли миром или с другими детьми тьмы — ему известно не было. Года шли, а Голем медленно, шаг за шагом, приближался к ответам, что так жаждал. Иногда он погружался в свои видения, сбрасывая таким необычным образом умственное напряжение, накапливаемое во время работы. Иллюзии постоянно менялись, но обладали неким сквозным сюжетом, по крайней мере, Голему так казалось. В этом ирреальном мире он успел жениться, завести детей, состариться и отправиться на покой в кругу семьи. А после он был уже кем-то другим, совсем юным и неопытным, тем, кому только предстоит пройти через те же процессы и этапы. Голем понял, что больше всего на свете желает остаться в этом чудном мирке навсегда, наблюдать за ним и проживать внутри множество жизней. Когда видения кончались, он сразу же принимался за дело, раз за разом переписывая одни и те же книги, дополняя их заметками, сокращая объём.
Погасла последняя в мире искра света. Люди совсем исчезли, их место заняли обезображенные превращением и рождённые из скверны существа. В них не теплилось ни капли разума, все они были не более, чем животными, если их так можно назвать. В каждом уголке нового мира сформировалась своя особенная экосистема, состоявшая из совершенно новых видов, открывать которые было уже некому. Голем достиг конечной точки своих исследований. Работа была закончена, и семь толстых томов лежали перед ним. В них он описал суть мира так, как понял её, продолжив тему рекомендациями, способами повлиять на вселенский цикл, прочими теориями и фактами. Труд получился воистину монументальным, с расстояния слова, записанные на его страницах, источали силу, способную пошатнуть и изменить мироздание. Голем сел, крепко прижал свой магнум опус к телу, накрыл его руками, защищая свою работу от внешних условий и, он надеялся, от времени. К этому моменту ему было очевидно, что ему не дано достигнуть цели, ради которой он был создан. Но кто-то другой, тот, кто сумеет вовремя отыскать эти книги и впитать знания, собранные Големом, наверняка сможет. Решив, что более ничего не остаётся, кроме как ждать, Голем просто сидел, время от времени погружаясь в сладкие иллюзии другой жизни. «Архитьма» постепенно окутала его целиком, и вскоре он практически перестал воспринимать то, что находилось за пределами его разума. Становилось холоднее, но холод этот не принёс боли, только спокойствие. Тело Голема начало коченеть, покрываться пылью и буквально срастаться с дворцом. Наконец, по прошествии ста восьми лет с начала ожидания, он преодолел рубеж, за которым его сознание более не возвращалось в реальность вовсе. Недвижимый, Голем обнаружил себя в прекрасном мире иллюзий, захватывающем, светлом, тёплом. Душа его смогла сбежать, а физическая оболочка, её лишённая, обратилась в твёрдый камень.