— Тебе не кажется, что мы не должны никому показывать эту находку? — Неопределённо спросил Аркадий.
— С чего бы? — Не понял Дмитрий. — Это же произведёт прорыв в науке! Только представь: спустя столько лет выясняется, что Василевский был прав. Ты вообще понимаешь, что это значит?
— Да, но…
— Это значит, что нас ждёт вымирание, если мы не поторопимся выяснить его причину и предотвратить катаклизм! — Продолжал Дмитрий, распаляясь.
— Разве стоит пытаться влезть в естественный цикл истории? — Спросил Аркадий.
— На кону судьба человечества! Всё, прекращай нести бред и пошли, нужно рассказать остальным.
— А может, человечество не стоит спасать?
— Прекращай, — серьёзно потребовал Дмитрий, — обсудим всё снаружи.
— Ладно…
Они оба пошли к выходу и очень скоро спустились к лагерю. Между палаток сновали студенты и их научные руководители, охрана задержала очередную группу туристов, взобравшихся на гору. Друзья сдали снаряжение, сменили одежду на повседневную и отправились на полевую кухню. Умельцы сколотили на улице деревянные столы из того, что нашли в лесу, сидеть за ними предполагалось на пнях. Получив порции, Дмитрий и Аркадий уселись на свободные места.
— А неплохая сегодня каша, а? — Попытался Дмитрий начать диалог. Друг не отвечал, поэтому он спросил: — Ну, ты чего такой?
— Просто думаю о нашей находке. — Ответил Аркадий, ковыряя ложкой кашу.
— Да уж, кто бы сомневался. Ты всегда слишком серьёзно относишься к работе.
— Тебе тоже не помешало бы, знаешь ли.
— Будет тебе, сделай мину попроще. Там у Санька нычка есть с коньяком, сам делает. Он меня вечером звал на пробу продукта, пойдёшь со мной?
— Не, Дим, откажусь.
— Ой, не будь ты таким нудным. Жизнь одна, глупо тратить её без остатка на работу. Когда-то нужно и отдыхать.
— Ага, одна…
— Так ты придёшь?
— Только если ты помолчишь хотя бы до вечера.
— Замётано.
Они дружили ещё со школы, и так уж вышло, что судьба их разлучать не стала. Оба имели схожие интересы и увлечения, разнились только их характеры. Дмитрий был идеалистом, человеком лёгким на подъём, компанейским. Аркадий же напротив, больших скоплений людей не любил, придерживался по жизни материалистического подхода. Тем более странными были его недавние рассуждения. К вечеру эти двое были в палатке у упомянутого Александра. Помимо него там было ещё трое, временное жилище было рассчитано на четверых. За рюкзаком у спального мешка была банка коричневатой жидкости с сильным спиртным запахом. Коньяком, как его называл хозяин, это не было, скорее уж настойка на древесной коре, но никого это не волновало. Молодые учёные пили кустарный алкоголь из металлических кружек, делились историями, рассказывали анекдоты. «Как зовут мужа, который спит со своей женой в порядке очереди?» — завёл одну Александр. Все застыли в ожидании, пока рассказчик смеялся, не в силах закончить шутку. Отдышавшись, он выпалил: «Антон Василевский!» Одна часть собравшихся засмеялась, другая — не поняла, в чём юмор. Александр, уже изрядно пьяный, пытался объяснить: «Ну сменяется там это… Вы поняли? Эпохи там, всякое такое…» Он так и не смог упорядочить свою речь, в итоге махнув на всё это рукой и назначив тех, кто не понял его сразу, ничего не сведущими в юморе занудами.
— Шутку я понял, — сказал Дмитрий, — но точно ли не за зря издеваетесь над дядей Антоном?
— А ты что, в его секту вступил? — Поинтересовался Александр.
— Нет, куда круче.
— В постели его сменил. — Перебил друга Аркадий.
Дмитрий так и не смог вернуть себе всеобщее внимание, рассказать о находке не удалось. Аркадий позвал его на разговор снаружи.
— Здорово отмочил, — сказал Дмитрий, — от тебя уж точно не ожидал.
— Я просто понял, к чему ты клонишь.
— И? — Не понял он.
— Не мог бы ты не распыляться о той окаменелости?
— Опять за своё…
— Иначе упустим пальму первенства.
— А-а, — понял Дмитрий, — да, дело говоришь. Прости, не подумал.
Они вернулись к остальным. Пила немаленькая компания до глубокой ночи, а разошлись после того, как кто-то перебрал и случайно перебудил половину лагеря. Александру, у которого в итоге нашли остатки алкоголя, грозило административное взыскание, собутыльников его отпустили с предупреждениями. Любая пьянка в подобных условиях кончалась этим, все давно привыкли и не относились к наказанию слишком серьёзно, знали, что оно существует только для вида. Утром Дмитрий с Аркадием вновь отправились к горе, стоило им отойти от похмелья. Им хотелось «закрепить успех», а также убедиться, что никто не сможет урвать и кусочка их славы, обнаружив какую-нибудь мелочь. Внутри полости с окаменелостью они разделились, обходя фигуру с разных сторон. Двигались вдоль стен, внимательно их осматривая. В какой-то момент Дмитрий заметил, что товарищ его опять просто стоит и пялится на находку. Он подошёл, потрепал Аркадия за плечо и спросил обеспокоенно: