Минуточку, он что, ревнует?
Углубиться в самокопание ему не дал следующий вопрос Нинке:
- И когда вы задумались о браке? Когда узнали, что она приезжает, или уже после того, как встретили? - скривившая губы в издевательской усмешке, она не скрывала, что не верит ни единому его слову.
- Конечно, после встречи. Но не сразу. - Даниил помолчал, собираясь с разбегающимися мыслями. - Даже не знаю, когда именно ее полюбил. Может, пока мы катались по Золотому кольцу, а может, на даче, где я знакомил ее с семьей.
«Когда она с таким достоинством отбивалась от словесных нападок моего отца», закончил он мысленно. Нет, ее самообладание, чувство собственного достоинства и неистребимый оптимизм его точно привлекали. Не до влюбленности, понятное дело, но уважение и симпатию он к Лане точно испытывал.
Нинке приняла блуждающую на его губах легкую улыбку за симптом сумасшедшей страсти, и чуть смягчилась.
- Вы уже думали, как будете жить дальше?
Первым порывом Даниила было ответить - отучиться два года и уехать домой. Но он поспешно прикусил язык. Это несколько не тот ответ, которого ждут от молодого мужа.
- Попытаюсь привыкнуть к местной жизни. Пойду учить язык, неприятно чувствовать себя идиотом. - самокритично хмыкнул он, и заработал одобрительный кивок. Кажется, ледяная дама потихоньку оттаивала.
В общей сложности опрос не занял и десяти минут, но обоим показалось, что прошло несколько часов, не меньше. У Ланы взмокла спина, у Даниила ладони, поэтому перед тем, как пожать руку провожавшей их до дверей Нинке, он незаметно вытер их о штаны.
Выйдя на улицу, Лана достала из матовой папки гербовой лист и еще раз оглядела его, еще не веря, что им в самом деле все удалось. Буквы скакали и расплывались перед глазами, и только ощутив прохладную полоску от слезы на щеке, она поняла, что плачет.
Нервное ожидание не прошло даром.
Даниил, не заметив ее подрагивающих рук, приобнял Лану за плечи и притиснул к себе с радостным хохотком.
- Ну вот, а ты переживала. Мне даже вопросов сложных почти не задавали, а тебе?
Разве что душу наизнанку вывернули, хотела сказать Лана, но вместо этого кивнула, смаргивая набежавшую влагу.
- Да, меня тоже почти ни о чем не спрашивали.
До продуктового магазина от мэрии было всего пять минут неспешным шагом. На входе Лана вытащила из заднего кармана телефон, нашла нужную программу и поднесла к считывающему устройству. Что-то пискнуло, щелкнуло, и одна из непонятных штук, похожих на старинные телефонные трубки, только с экраном, ровными рядами торчащих на стенде, загорелась зелёным.
Йоланда ее выхватила из разъема, и обернулась к покорно ждущему с тележкой Даниилу.
- Теперь не придётся на кассе стоять. - она потрясла приборчиком будущего. - Все что нужно, сканируем, и можем сразу класть в сумки.
- А проверять они как будут? - уточнил Даниил.
- А никак. - пожала плечами девушка. Он все же не поверил, но решил подождать до кассы.
Небрежно помахивая сканером, девушка вернулась ко входу в магазин, выбрала тележку покрепче с виду, и отцепила ее от общей массы. Закинув ногу на бортик тележки, Лана молодецки хекнула, подпрыгнула и перевалилась внутрь одной ногой.
Колесики жалобно задребезжали. Тележка накренилась, но устояла.
- С ума сошла? Ты что делаешь? - прошипел Даниил, судорожно оглядываясь по сторонам и сочиняя оправдания, одно другого краше. От «я не с ней» до «мы мимо проходили, а там в тележке что-то лежит».
Йоланда хитро извернулась, оказавшись внутри попой, а ногами и головой кверху, сложившись при этом буквой «зю».
- Вези! - повелительно вытянула она руку с зажатым в ней с сканером вперед, будто командуя атаковать невидимой коннице.
Даниил вздохнул, представляя, что ему сейчас скажут продавцы, и покорно толкнул тележку вперед.
К его огромному удивлению, никто не бросился к ним с воплем «Перестаньте терзать несчастную тележку!». Люди смотрели им вслед, улыбаясь, иногда что-нибудь дружелюбно говорили. Лана отвечала, помахивая, будто принцесса на выезде.
- Не будут ругаться? - уточнил Даниил, на всякий случай.
- Неа. Я так с детства катаюсь. - громким шепотом созналась Лана. Могла бы и в полный голос - все равно русского никто не поймёт. - Весело же!
В детстве, оно может и было весело, а в их солидном возрасте попахивает клиникой.
Даниил, наконец, плюнул на чувство собственного достоинства, разогнался как следует, и изображая визг тормозов, заглушаемый душераздирающим скрипом тележных колесиков, едва вписался в поворот к мюсли и джемам.