Ее не было довольно долго. Он даже начал беспокоиться, не случилось ли чего. Разблокировав телефон, он открыл их переписку.
«С тобой все в порядке?»
Поморщившись, Даниил стёр послание из чата.
Выглядит, будто он заботливая мама. Ужасно.
«Когда будешь?»
Эту он стёр, даже не дописав. Еще решит, чего доброго, что он соскучился.
Пока он раздумывал, что же такое спросить, телефон пиликнул сам.
«Спускайся, познакомишься».
Заинтригованный, он поспешно переоделся и выскочил на улицу.
Даниил почувствовал, как челюсть его отпадает на грудь, но сил на то, чтобы вернуть ее на место, у него в данный момент не было.
Он, конечно, как и практически любой подросток, умел кататься на велосипеде. Но вытворять при этом цирковые номера не учился.
Лана, на хорошей такой скорости, непринужденно катилась по ровной дороге, одной рукой натыкивая что-то в телефоне, другой удерживая руль послушно двигающегося рядом второго велосипеда.
В представлении Даниила, такие трюки показывают только специально обученные профессионалы.
Отвлекшись от набираемого текста, Лана заметила, наконец, встречающего ее парня, помахала рукой с зажатым в ней телефоном, и лихо затормозила перед самыми его ботинками. Велик в ее левой руке чуть взбрыкнул задом, как породистый конь - его пришлось тормозить передним колесом, в то время как собственный транспорт она остановила, прокрутив педали в обратную сторону.
Руки-то заняты.
- Ну как? - гордо указала она на второго железного коня.
- Охренеть. - высказал, наконец, свою оторопь Даниил. Йоланда заулыбалась и окинула критическим взглядом приобретение.
- Шины бы подкачать, и свет новый поставить, а то сзади мигает почему-то. А так, и правда, неплохо. И всего сто двадцать евро, почти даром.
Цена для несильно использованного Батавуса и правда неслыханно демократичная, как бы не оказался велосипед у кого-нибудь украденным. Даниил осмотрел его внимательно, но никаких подозрительных, указывающих на взлом примет не нашел. Да и что искать-то? Не машина, чтобы стекло сняли, или серийный номер перебили.
- Поехали, опробуем. Если что, верну и негативный отзыв ему оставлю! - пригрозила на всякий случай девушка.
Садился Даниил осторожно.
Катался он последний раз лет пять назад, и хоть и говорят, что навыки плавания и езды на велосипеде не забываются, кто его знает. Ну, и позориться перед Йоландой не хотелось, особенно после ее сногсшибательных трюков.
Они потихоньку покатили по зеленой, мощеной серо-розовыми кирпичами улице, поглядывая в чужие сады и уже привычно не замечая откровений в гостиных.
В одном из переулков попали в пробку. Целая толпа родителей на разномастных велосипедах оккупировала небольшую парковку около спортзала, многие не влезли на территорию, и ждали своих чад на улице. Пока Даниил осторожно пробирался между раскоряченными колёсами собравшихся, детишки радостной гурьбой вывалились с занятий единоборствами. Не такие уж, кстати, и детишки - лет по семь-восемь. Родители расхватали своих чад, и вот тут начался натуральный цирк.
Дети сидели на раме велосипеда, стояли на заднем багажнике, это не считая утверждённых госстандартами сидений сзади, впереди, и в прицепе к велосипедам. Попадались и грузовые велики, с огромными корзинами на трёх колёсах. Судя по сиденьям внутри, рассчитаны они были на троих-четверых маленьких пассажиров, но в один из таких транспортов дети набились, как селедки в бочку. Только что наружу не свисали гроздьями.
Еще пара минут - и площадка перед спортзалом опустела. Даниил проводил последний велик ошарашенным взглядом и повернулся к Лане.
- Теперь я, кажется, видел все. - глубокомысленно изрёк он.
Для поездки на ферму выбрали один из редких погожих дней, выпавших на выходной. Случалось подобное нечасто. Даниил уже начал привыкать к неизменному зонтику в рюкзаке, но изумляться отсутствию оных у местного населения не перестал.
Голландцы признавали только две погоды. Ливень - когда гроза, шторм, потоп и конец света. Тогда они дружно надевали дождевики, или пережидали светопреставление под крышей. И все остальное, что для них проходило под кодовым названием «нормально». То есть морось, туман, гололед, грибной и прочие разновидности дождя, не переходящие в тропический. Все это не заслушивало того, чтобы обращать высочайшее внимание. Не то, что зонтики - они даже капюшон не набрасывали, будто не замечали бьющие в лицо капли.