— Пара бонусов в ресторан, сувенирную лавку и промо для напитков на фестивале. Матрешки мне ни к чему, но мало ли что интересное найдётся? Там не только на них скидка. Ты готов?
Даниил кивнул, выдавая ей кепку с городским гербом. Приобрёл у администратора, чтобы не получить солнечный удар.
— У тебя есть с собой купальник? Можем после обеда в сауну сходить, в бассейне поплавать. По такой жаре после двенадцати разгуливать по городу — чистое самоубийство.
Лана радостно замахала ладошками, растопырив пальцы, будто сушила свежий маникюр.
— Здорово как! Обожаю плавать, и сауну тоже, хотя, по такой жаре… — она скептически покосилась на кипящий асфальт под ногами. — Лучше только бассейн. Пошли!
Выставка скульптур им понравилась. В первую очередь тем, что там была повышенная влажность, и гостей периодически ненароком окатывало брызгами из многочисленных поливалок.
Творцы старались, ползали по произведениям искусства, поправляя только им видные крохотные изъяны. Йоланда фотографировала как заведенная, причём не столько скульптуры, сколько окружающую их толпу и дома. Вокруг ходило много продавцов и зазывал в национальной одежде, с характерными подносами на перевязи, на которых лежала разная мелочевка: от леденцов и пряников до сувенирных магнитов и значков с буквой «С».
У одного из таких ряженых Даниил купил два стакана кваса. Самое то в жару. Коричневая жидкость аппетитно пенилась, выливаясь из золоченого крана. Емкость была стилизована под бочку, так что получалось весьма антуражно.
— Ну, как тебе? — поинтересовался он, когда девушка на минуту отвлеклась от окружающего хоровода впечатлений и завертела головой в поисках спутника.
— Потрясающий колорит. То что нужно! — с восторгом отозвалась Лана, с благодарностью принимая запотевший пластиковый стаканчик. Кваса не стало в два глотка. Даниил галантно забрал опустевшую посуду, и голландка снова погрузилась в воссозданную праздником атмосферу древней Руси.
Гроза набежала внезапно. Только что небо было абсолютно чистое, ни облачка, и буквально за пару минут его заволокло густой иссиня-багровой пеленой.
— Будто апокалипсис в кино снимают, — поежилась Лана, тем не менее увлечённо снимая освещённый нереально-сиреневым солнцем город. Еще минута — и раскалённый силуэт светила исчез с неба, будто его выключили. Потемнело, похолодало до мороза, и на лоб Йоланде упала первая, крупная такая, капля.
— Ой! — девушка поспешно закрыла камеру крышкой и спрятала драгоценность под футболку, окончательно обнажив пузико.
— Побежали! — скомандовал Даниил и подал пример, первым припустив в сторону отеля. На удивление, Лана не отставала, а на финише, когда припустил ливень, а сзади, на окраине города, засверкали молнии и рокотнул гром, так и вообще обогнала его, первой влетев под козырёк крыльца.
— Надеюсь, гараж под отелем не зальёт, — задумчиво пробормотал Даниил, пытаясь отдышаться после забега. Лана вытащила камеру из-под футболки и щёлкала кнопками, пытаясь понять, пострадала ли надежная немецкая техника или обошлось.
— Вот теперь можно и в сауну, — клацая зубами, предложила девушка. Он согласно кивнул. Промёрзли они знатно. После той жары, что плавила не только асфальт, но, по ощущениям, и кости, вымокнуть в ледяном ливне поначалу было приятно, но в носу уже засвербело, и Даниил с ужасом представлял себе реакцию отца, когда он привезёт голландскую гостью с воспалением легких.
Вот будет радости.
Глава 7
Даниил со вздохом облегчения растянулся на раскалённом дереве лежака. Простыня под ним постепенно пропитывалась потом. «Все-таки жара лучше», — лениво подумал он.
Хоть заболеть вероятность меньше. А то вот промок под дождем — жди теперь первого чиха с замиранием сердца. Только простуды в поездке еще не хватало.
Сауна оказалась совместной. Места в отеле было мало для раздельной, или для экономии электричества так сделали, кто знает.
Даниил сначала попятился, обнаружив на полках прямо напротив входа двух симпатичных девушек в купальниках, но потом, стыдливо отведя глаза, заметил рядом троих мужчин. Парень осмелел и присоединился. Поздоровался, расстелил выданную администратором простынку и устроился на самой верхней полке. Жару, особенно сухую, он переносил хорошо, а уж в целях борьбы с простудой и вообще пропотеть следовало от души.
Девушки тихо щебетали о чем-то своём, мужчины лежали молча. Один, кажется, задремал и начал всхрапывать. Беззвучно шуршал песок, отсчитывая минуты. Наконец подружки встали и двинулись на выход, по дороге любезно перевернув стеклянную формочку часов. Открылась дверь, пахнуло прохладой. Девушки вышли, зато зашла Йоланда, по уши закутанная в простыню.