Задницу мадам я с трудом – обхват ее был не так уж и мал – обвязал полученным бинтом. При перебинтовке я случайно дотронулся рукой до ее лобковой части (вот уж где никакого удовольствия не испытал), и она, несмотря на боль, потерлась ей о мою руку. Да, подумал я после этого, теперь бы руки помыть…
И вдруг я услышал шевеление в коридоре. Арбалет мне оставили, а вот болты, несмотря на мои условия, как-то позабыли. Я схватил только что вытащенный болт, отошел в сторону, и пинком распахнул дверь.
Мимо меня пронесся еще один болт, для моей коллекции. Секундой спустя выпущенная ответка засела в горле у того, кто был за дверью. Я с удовлетворением увидел, что это был тот самый, кто засовывал палку в Лиису. Собаке собачья смерть.
Я обратил внимание, что дядя был для того времени форменным бугаем, и его одежда, хоть и узковата и коротковата, должна была на меня худо-бедно налезть. Я затащил его в комнату, заметив с удовлетворением, что ко мне попал не только еще один арбалет (что было не так важно) с десятков болтов (что было уже получше), но и еще один меч, всяко получше, чем тот, который они мне оставили, а также хороший нож и связка ключей. Он, похоже, был доверенным лицом баронессы. А если судить по слезам, покатившимся по ее лицу после того, как она увидела его труп, доверенным лицом еще и в постели.
Я снял навесной замок с той стороны двери, а дверь оставил чуть приоткрытой, чтобы, если кто придет, было слышно. Одевшись в вонючую одежду бравого офицера, я подошел к окну и закричал:
– Вы что, хотите приготовить Spießbraten (свинину на вертеле)? Две свиньи уже есть, одна убитая, одна раненая. Ваша баронесса еще жива – и останется жива, если вы сделаете то, что я потребую. Позовите барона.
– Не можем, он еще с утра уехал.
– Куда?
– Ну если это тебя так интересует, то встречать посланников короля.
– И когда будет?
– Наверное, завтра. Так что – радуйся! Тебя скоро отсюда заберут.
– Хорошо. Тогда приведите девушек, которые сейчас привязаны к столбам. Одежду для них. Еще еды и пива. Приходите по одному и без оружия – иначе и вы последуете за вашим другом.
– Ты понимаешь, швабская свинья, что тебе отсюда не уйти. Барон скорее пожертвует баронессой, чем отпустит вас.
Да, подумал я, ничего лишнего, только бизнес. Но мне почему-то не хочется к пыточных дел мастерам Его Величества короля Сигизмунда…
– Приведите девушек, принесите еды, потом посмотрим. Кстати, еду и питье я сначала попробую на вашей баронессе – поэтому без фокусов. Несите на четверых на два дня – ведь мне еще и вашу хаврошу кормить. Не забудьте одежду для девушек.
Вскоре доставили мяса, хлеба и пива, затем привели Лиису и принесли – попросив у меня заранее разрешения войти вдвоем – другую девушку. После двух дней у столба, она не могла ни ходить, ни даже стоять. Лииса, с другой стороны, могла самостоятельно передвигаться, несмотря рубцы от плетки – которые, как я и подозревал, нанесла наша радушная хозяйка – и окровавленную промежность; я боялся, что нелюди повредили и внутренние органы, но я, увы, не был врачом и ничего сказать не мог.
Первым делом я взял ключи и запер входную дверь Затем, подумав, я достал кляп изо рта пленницы и налил ей туда немного пива, после чего засунул туда кусочек мяса и кусочек хлеба. Она все сжевала, не показав никаких признаков отравления, и закричала:
– Еще!
Но я, подумав, решил, что ей полезно и похудеть слегка, и засунул кляп обратно ей в рот, еле-еле выхватив палец – она его чуть не цапнула своими гнилыми зубами. Покормив Лиису и другую девушку, чьего имени я не знал, отодвинул кровать к двери – баронесса, решил я, может и на соломе полежать, тоже мне, барыня какая – и уложил на нее обеих девушек. После чего я задумался, не зная, как выйти из ситуации. Тактическую победу я одержал, а вот стратегическую…
Вторая девушка неожиданно открыла глаза и посмотрела на меня взглядом, полным ужаса и безысходности.
– Ты кто? – спросил я по-немецки.
– Анна, – сказала та на неплохом немецком. – Горничная хозяйки.
– А за что она тебя так?
– Мой муж работал егерем у хозяина. Три дня назад, хозяйка зазвала его к себе и заставила с ней спать. После этого, он решил убежать из замка – сказал, егеря везде нужны, а трахальщиком у нее он работать не хочет. Его поймали, и хозяйка повесила его, а меня привязала к столбу, вместе с его другом, вина которого заключалась в том, что он не донес на моего мужа. Друг его умер вчера ночью. – и она зарыдала. Я обнял ее за плечи, успокоил, как мог, дал еще пива, и спросил: