— Вы хорошо проявили себя сегодня, мисс Колин. Ваши слова... редкое сочетание эмоциональной точности. Не часто такое встретишь.
Я кивнула, не зная, как реагировать. Это была похвала, но со странным оттенком, отчего по телу пробежал холодок.
— Вы успели подать заявку на конкурс?
— Конечно. Мистер Финн принял мою работу в последний момент.
— Хорошо. Вдруг она станет одной из самых сильных. Не так ли?
Я подняла глаза. Его зрачки не дрогнули, голос — без иронии. Но на лице читалась настороженность. И… интерес. Чистый. Человеческий. Или всё-таки — мужской?
— Надеюсь. — спокойно ответила я.
Он усмехнулся, почти невидимо. Подошёл ближе чем позволено, но всё ещё не переходил границу. Даже не наклонился.
— Я верю, что вы сможете, Лиана. Ваша… интенсивность — редкость. И она может вам как помочь, так и навредить.
Он не ждал ответа. Просто задержал взгляд, а затем коротко кивнул и ушёл, оставив после себя странное послевкусие из уважения… и чего-то более острого и почти интимного.
Глава 6. Лиана
После лекции Кларка и встречей с Эйданом я словила эмоциональную перегрузку. День тянулся бесконечно, словно я шла по длинному пустому коридору и каждый поворот вел только в одном направлении. К нему. Я попыталась спрятаться за учебой, уткнулась в теорию, но мысли все равно ускользали не в ту сторону.
И как назло, довершая издевку над моими попытками сосредоточится, телефон трещал от сообщений «змеиного клуба». Это бесило. Девочки явно обсуждали что-то жизненно важное. Под конец дня я сдалась и открыла чат:
Кейси: Девочки, кто на тусу в «Bamboo Bar» сегодня? Там обещают сет от диджея из Берлина. Ну плз.
Анна: Я за! Уже готовлю свои боевые джинсы. @Лиана ты с нами или опять домашка?
Ольга: Спорим, она напишет, что не может?
Смотря на экран и их беззаботные сообщения о вечеринке, нарядах… хотелось надеяться, что сама не стою сейчас на краю пропасти. Но они не знают… И может быть никогда не узнают.
Я: ха-ха, Оля, ты - капитан очевидность. Но я правда не могу, сорри. Кларк завалил заданиями.
Кейси: Ты стоишь на пороге великих открытий в библиотеке или снова тайно варишь зелья на своей кухне?
Анна: Нет, она просто влюблена в свои книги. Библиофилия 5 стадии.
Ольга: Да ну. Ставлю чай с ромашкой, что Ли просто кого-то скрывает…
Я: Ну-ну. Завидуйте молча моим приоритетам.
— Обожаю их, — я хихикнула, но внутри было по настоящему паршиво.
Мне и правда стыдно, что я вру. Но как сказать им, что я собираюсь добровольно отправиться в логово к демону, от которого мое сердце стучит слишком быстро? Что внутри меня клубится что-то настолько пугающее и темное, что я боюсь признаться в этом даже себе?
Я могла бы придумать тысячу оправданий. Например, что устала, что надо делать курсовые, или заняться мировой миссией спасения библиотек… Но правда была проще и больнее — я шла к нему. Не за надеждой… за ответами.
Потому что только услышав правду, смогу наконец принять неизбежное: наша дружба треснула и ее осколки теперь режут меня. Я шла, понимая, что вернусь уже другой.
Когда покидала территорию кампуса, сумерки уже затянули улицы. Холодный, пронзающий ветер трепал волосы, но я все равно решила прогуляться пешком. Нужно очистить голову. Шаг за шагом рассудок возвращался, но с ним приходило и неприятное чувство, как будто что-то неведомое, но тяжёлое, начинало сдавливать грудь.
Через двадцать минут я оказалась перед большим двухэтажным домом, который раньше казался мне символом чего-то идеального, чем-то, к чему я всегда стремилась. Я смотрела на этот дом с восхищением, отмечая его элегантность и современность. Потому что он был не просто строением, а воплощением Эйдана, построенный по его проекту. Просторные панорамные окна, из которых всегда можно было увидеть горизонт, утопающий в мягком свете, стильный, но строгий дизайн, идеально подходящий для его характера.
Только теперь его холодная величественность давила на меня, как невидимая плита. Он казался чем-то чуждым, пугающим, и я не могла понять, как так быстро этот уютный уголок стал таким безжизненным. Даже газон, который не тускнел зимой, сейчас не вызывал у меня улыбки, напротив, его неизменная зелень стала более настойчивой. Бассейн, который раньше казался роскошью, теперь напоминал тёмное зеркало, готовое поглотить меня целиком.