— Ты больной… если думаешь, что это помощь, — прохрипела она, — Я не хочу быть твоей. Смирись.
Я отстранился.
Наблюдал, как она стоит, пошатываясь, с побелевшими пальцами и часто дыша.
— Твоё тело уже предало тебя, Лиана. Смириться придётся тебе. — бросил я напоследок, развернулся и зашагал к выходу из библиотеки, больше не оборачиваясь.
Тишина позади была осязаема — я знал, что она смотрит мне вслед. Она должна прочувствовать каждый шаг моего ухода, как иглу под кожей. Она пытается спрятать страх под яростью. Но её глаза выдают правду. Они не умеют лгать мне. Никогда не умели.
Лиана думает, что всё ещё может сбежать. Что эти слова — защита, и если произнести их громко, они станут истиной. “Я не хочу быть твоей”… Какая забавная иллюзия. Она уже моя. Её тело знает, потому что оно отзывалось мне раньше, чем она это осознала.
Она говорит, что ненавидит. Но ненависть — это не пустота. Это край, за которым страсть. За которым сжигающее желание. И я веду её туда, за грань. Где больше нет "можно" и "нельзя", только "хочу".
Я не причиню ей боль, которую она не сможет вынести. Но вскрою в ней то, что давно пытается вырваться наружу. Я — ее личный монстр. Я просто её правда. Единственная, от которой она не убежит, потому что она в ней самой.
Лиана. Моё имя звучит в ней даже когда она молчит. И однажды… она скажет его не со злостью. А с мольбой. С преданностью. С огнём на губах.
Я стремительно вышел из библиотеки, почти не чувствуя ног. Воздух снаружи был плотным, тягучим, как ночь перед грозой. Возбуждение накрыло меня с неистовой силой, билось в висках и скреблось под ребрами. Я сунул руки в карманы, будто это могло удержать дрожь в пальцах.
Лиана… чертова Лиана. Её запах остался в ноздрях, вкус на языке... Я сжал челюсть, готовый раскрошить в пыль собственные зубы. Мне надо срочно прекратить думать об этом, потому что тело требовало разрядки — яростной, животной. Я не хотел останавливаться, и только остатки самоконтроля спасли её от чего-то необратимого. Пока что. Я знал: это не конец. Только начало. И ждать осталось недолго.
Дорогие мои, что скажете на счет происходящего? Эйдан вызывает не только мурашки?
Жду ваших реакций и звёздочек ⭐
Дальше вас ждёт только шок, потому что Эйдан перешёл в активную фазу наступления...
Следующас глава через 2 дня.
Глава 8. Эйдан
Моей выдержке позавидовал бы сам дьявол. Я знаю: стоит по настоящему коснуться ее - и не смогу оторваться. Но моей девочке нужно время, чтобы смириться и принять происходящее. А мне пора сосредоточиться и вернуться к чертовой работе. Потому что сроки, установленные отцом, сжимаются, как петля, а я только начинаю двигаться.
И все же, я делаю это не потому, что он дал распоряжение. Мне важно, чтобы его люди увидели, кто действительно способен решать любые проблемы. И когда отец уйдет в тень, никто не посмеет усомниться, кто здесь власть. Абсолютная.
Я сел в машину, резко захлопнув дверь, и завел двигатель. Вытащил из бардачка второй, защищенный телефон и набрал короткий номер.
— Дрейк. — голос в трубке был ровным, словно он ждал звонка.
— Где Крамер? — процедил я, не утруждаясь вступлениями. — Узнал, что я просил?
— Да. Документы на него прочистили. Он шныряет между двумя точками. Но сегодня, как ты и предполагал, закрепился в 13 секторе, доки. Старый склад “Харрингтон”.
— Один?
— Визуально — да. Но возможно движение в периметре. Камеры не работают. Думаю, он кого-то ждет.
— Что насчет поставки?
— Слишком осторожен, знает что мы к нему придем. — Дрейк замолчал, будто колебался. — И знаешь, что еще?
— Удиви меня. — Раздраженно бросил я.
— Он знает, что Марк мертв. Но делает вид, что не догадывается. Поставку никто не забрал. Он держит ее — как козырь.
Я замолчал и крепко сжал руль. Скрип кожи заглушил удары сердца.
— Пришли координаты. Сегодня вечером навестим. Только ты и я.
— Как в старые времена? — в голосе Дрейка мелькнул азарт.
— Почти. — усмехнулся я. — Без шума. Пока никто не должен знать, чем мы заняты. Сначала проверка. — резко объяснил я.
— Принял. — коротко бросил он и отключился.
Хороший и преданный человек. Единственный, кому я могу доверить хранение конфиденциальной информации. В отличие от Льюиса, он работает на меня, и хорошо за это получает. Сейчас нужно быть осторожнее и нельзя допустить ни единой ошибки. Я сам решаю, что преподнести отцу на блюде. И этот старый хрен поймет, насколько ошибался во мне, будет уже поздно. Он уверен, что я такой же, как он. Но на самом деле не знает — я намного хуже.
Шины взвизгнули, когда я вырулил с парковки. Домой я пока не спешил. Мне нужно выбрать подарок для моей булочки. Кое-что, что напомнит ей, кому на самом деле она принадлежит.