Глава 11. Эйдан
Поздний вечер. Дом Эйдана.
Мой кабинет пропах дымом и виски. Но ярче всего я ощущал вкус моей булочки на губах. Я вернулся домой час назад и мне чертовски не хотелось смывать ее запах. Если приглядеться, на моих пальцах даже можно заметить бледно розовые следы ее крови и смазки.
Мне хотелось, как можно дольше законсервировать этот момент в сознании, как тело в формалине — мерзко, вечно и с подробностями. Поэтому я устроился в кресле с виски в руках так, словно планировал умереть — с комфортом и долей презрения к остальному миру.
Мониторы светились тускло, отражаясь в окнах. Дрейк сидел по другую сторону стола, не выпуская изо рта сигарету, сосредоточенно склонившись над ноутбуком, пальцы стучали по клавишам почти бесшумно.
— Что-то есть? — мой голос был ровным, но глаза блестели от напряжения. Я уже знал, что будет плохо. Вопрос был только — насколько. Сделал глоток «Black Bowmore», столь же восхитительного, как и киска Лианы.
Дрейк кивнул, не отрывая взгляда от экрана.
— Большая часть зашифрована. Военное шифрование, с двойной блокировкой. Но не всё. Мы вытащили цепочку писем, адреса, и пару фрагментов черновиков. Имена... одно особенно знакомое.
Он развернул монитор.
На экране — переписка между неизвестным отправителем и неким «ThamesBuild Group». Подпись внизу: Charles Wilson.
Я напрягся.
— Уилсон? Британский рынок?
— Именно. Но это не просто бизнес. Скрытые переводы через офшоры, зашифрованные счета, упоминания о логистике и "материалах". Упоминается нечто под кодом Zeta-3. Новое вещество, синтетика. Возможно смесь психостимулятора и обезболивающего, но мы ещё не пробили формулу.
Я несколько секунд молчал, вглядываясь в экран, не моргая. Затем поднял глаза:
— Неделю назад, мне сообщили о «счастливом шансе». — я скривился. — Университет объявил, что меня пригласили на стажировку в « ThamesBuild Group». Прямо от мистера Уилсона.
Дрейк замер.
— Через универ?
— Так он не оставляет следов. — я облокотился на стол, вращая стакан с виски, как будто в нём был не алкоголь, а чья-то вырванная душа. — Всё выглядит, как «талантливому специалисту дают шанс». Классическая упаковка дерьма в золотую обёртку. Но мы оба понимаем — это не предложение.
— Он видит в тебе угрозу, Эйд, — хмыкнул Дрейк, стряхнув пепел в пустую чашку. — У Уилсона лицо, как у пуделя, которого всю жизнь кормили мясом. Он вдруг осознал, что может стать шавкой… И завыл.
— Он хочет, чтобы я оказался рядом. — я поднял взгляд. — Потому что он знает, кто я. Единственный, кто может не просто разрушить его планы — а вырезать их с корнем, под ноль, как опухоль.
— Я так понимаю, «ходячий NDA» ещё не в курсе? — спросил Дрейк с прищуром.
Я ухмыльнулся.
— Нет. Подготовь мне краткий отчет. Преподнесу ему как можно скорее. Пусть вдохновляется.
Дрейк вздохнул и не сдержал усмешки:
— Считаешь, что твой старик виноват, что «Крёстный дед» решил вылезти из могилы и надеть костюм живого?
— Мой отец виноват, что позволил ему дышать. — прорычал я. — Всё это дерьмо — потому что он дал слабину. Всю жизнь этот павлин только разевал клюв, пока я чистил за ним улицы от крыс. — Я стукнул кулаком по столу. — Он думает, что всё ещё командует. Пусть. Когда я закончу, от него останется только пыль…
Дрейк слегка приподнял бровь, но не сказал ни слова. Он привык к моим вспышкам — и знал: я уже всё решил. Он всматривался в меня, уже готовясь отстраниться, но вдруг прищурился, будто что-то поймал боковым зрением.
— Эйд… у тебя у губ кровь. — его голос стал тише. — Засохшая.
Я не ответил сразу. Просто вытер пальцем угол рта и посмотрел на красноватый след. Пауза повисла между нами.
— Ты сам себя укусил или был у неё?
Я посмотрел на него с хищной полуулыбкой.
— Я терпел. До последнего. До судорог и бреда. И, чёрт возьми, Дрейк… я едва её не разорвал.
Дрейк на секунду прикусил губу, внимательно разглядывая меня, и всё же не удержался:
— Надеюсь она жива? — осторожно уточнил он.
Я поставил стакан на стол с сухим стуком.
— Конечно, я вовремя ушел. Потому что был в секунде от того, чтобы взять силой. А она — ещё не согнулась. Но я хочу, чтобы, когда она упадёт — это было осознанно. Чтобы больше не вставала.
Дрейк немного помолчал. Ушел в себя. А потом медленно произнёс:
— Значит, ты решил ломать её медленно. По частям. Как шахтёр заброшенную породу.
— Почти. Только я не ищу золото. Я добываю пепел.
— Поэтично. И стремновато. — Он потянулся за новой сигаретой, щёлкнул зажигалкой. — Тогда, выходит, ты даже её страхи себе на руку хочешь обернуть?
— Страх — это уже эмоция. А эмоция это уже связь. — Я усмехнулся. — А когда человек тебя боится, он тебя запоминает. Это основа любой зависимости — адреналин. Секрет любви к насильнику.