- Я так понимаю отдыха мы ближайшие полгода не увидим... - протянул Корнай, приобняв девушку за плечи.
- А то и больше. Эта проклятая женитьба все планы коту под хвост пустила. Очень не вовремя. У меня переговоры с югом горят, - высвобождаясь из объятий, всплеснула руками Ингрид.
- Все труды должны окупиться, - перехватив в воздухе ладони девушки, Урс поднес их к губам и коснулся холодных пальцев легким поцелуем. - Теперь мы сможем вести дела с дворянами. А там уже совершенно другие расценки.
- Да. Нужно будет организовать еще одну торговую группу, - потерла переносицу женщина. - Никто из высших чинов не станет сотрудничать с гильдией, которая обслуживает простолюдинов. Скорее всего Веленс перейдет в твои руки. Вторую организацию я буду развивать самостоятельно с новой командой, у вас и без того будет полно работы.
Урс поднялся из кресла и подошел к камину. Разворошив дрова, он встал, облокотившись о стену, подле каменной кладки и посмотрел на девушку.
- Я признателен тебе за доверие, но не заблуждайся, - переведя взгляд на пейзаж за окном, произнес мужчина. - Я не та рубашка, которой можно утереть слезы или же поведать о сокровенном. Мы партнеры - не больше. Если права на гильдию будут переданы мне, мы станем конкурентами на рынке. Ты знаешь, я не люблю этих бессмысленных игр. Вторая торговая группа будет задушена еще в зародыше. Обдумай это еще раз.
- Во-первых, о передаче прав никто не говорил. Скорее это будет разделение обязанностей. Насильно никого заставлять не стану. Мне было важно услышать твое мнение на это счет. К тому же конкуренции у нас не получится по причине разной публики. Во-вторых, я спасла тебе жизнь. За тобой должок, - Ингрид подняла руку и указала на на свой правый глаз.
- Такой ты мне нравишься куда больше, - улыбнулся мужчина. - Ты знала, что умные женщины невероятно привлекательны?
Зайдя за спину ведьмы, Урс опустил ладони на худые плечи и слегка сжал их. Из уст девушки вырвался блаженный стон.
Очерчивая каждый позвонок, пальцы мужчины прошлись по шее Ингрид. Массируя напряженную спину, Корнай надавил близ лопаток:
- Ты закончила с документами?
- Осталось разобрать лишь отчет по анализу рынка, что передал Адам, - отмахнулась графиня, взяв в руки листы документа.
Замолчав, мужчина прошелся по комнате и присел на софу подле камина. Устремив взгляд на полыхающий в топке огонь, Урс замер. Будто бы в трансе, очарованный завораживающим танцем пламени, Корнай закрыл глаза и протянул руку к горящим поленьям. Жар устремился к ладони и растекся по венам обжигающей амброзией. Пьянящий дурман охватил натренированное тело, обволакивая внутренности, передавая сознание сладкой агонии. Притупившийся слух словно издалека доносил до сознания тиканье часов, их бой. Мужчина шумно втянул воздух носом и открыл глаза. Суженный зрачок-щелка взирал на убранство комнаты. Обернувшись, Корнай увидел заснувшую за документами Ингрид.
Обогнув кресло, Урс поднял женщину на руки и, переложив на кровать, укрыл теплым одеялом. Волосы девушки алыми всполохами разметались на подушки. Взяв за руку Ингу, мужчина коснулся ее ладони легким поцелуем. Зарывшись лицом в шелковистые волны волос, Корнай вдохнул пряный аромат трав, исходящий от женщины.
За окном завывала метель. Урс лежал на широкой кровати, не выпуская из объятий тело ведьмы. Слушая треск поленьев в топке камина, мужчина молчал, погруженный в свои мысли.
Умиротворение тишины прервал едва слышный стук в дверь.
- Господин, Беркут оседлан, - раздался голос слуги.
Урс, нехотя, поднялся с кровати и вышел из комнаты. За тяжелым деревянным массивом его ожидал худощавый юноша, подав плащ, мальчишка исчез. Миновав коридоры особняка, Урс оказался во дворе.
Вороной конь сливался с темнотой ночных улиц Миринеля. Гул ветра заглушал цокот копыт. Выложенные камнем дороги замело снегом. Буря не утихала. Пурга слепила глаза. Мороз липкой паутиной пробирался под одежды всадника. Очередной порыв ветра сорвал капюшон, обнажив лицо мужчины. Черная повязка закрывала пустующую глазницу. Свежий шрам, пересекающий бровь и щеку, теряясь в бороде, темнеющей рытвиной выделялся на светлой коже. Натянув капюшон так, чтобы было невозможно разглядеть лицо, Урс пришпорил коня.
Подчиняясь ездоку, животное ускорило темп. Аккуратные улочки Миринеля сменились облезлыми пейзажами бедного пригорода. Полуразрушенные старые домишки хрущеб изредка уступали место зданию борделя или кабака с добротной облупившейся лишь местами каменной кладкой. Остановив жеребца возле одной из подобных построек, мужчина спешился и постучал в дверь. Петли натужно заскрипели, и в покосившемся проеме показалось отекшее от алкоголя лицо пьяницы.