Зал выглядел просто идеально, оформленный в трех основных цветах – белом, черном и золотом.
Богемная роскошная вечеринка, с красной ковровой дорожкой, массой симпатичных официантов, облаченных во фраки, оркестр, который исполнял приятную слуху музыку ненавязчивую, и мелодичную.
Бокалы с холодным шампанским были оформлены в виде конуса, изысканные закуски, приглушенный свет, который отражался в позолоте – всё это должно было быть близко тому обществу, которое здесь начнет появляться уже через 20 -30 минут.
А ещё толпа зевак, которые столпились по двум сторонам от красной дорожки, словно здесь было не иначе, как вручение Оскара, и репортеры, часть из которых были приглашены и могли входить внутрь, и часть тех, кто относился к так называемой «желтой прессе».
- Я поставил охрану по всему периметру, - подошел к нам начальник охраны. Мужчина высокий и стройный, в черном костюме и гарнитурой в ухе, с которым мы очень сдружились за последнее время, пока вместе работали над открытием клиники Генри.
Мистер Гордон.
Чистокровный шотландец с пронзительными голубыми, как небо глазами, и медно-рыжей шевелюрой, которая сейчас была аккуратно зачесана назад. Мощный и широкий он производил впечатление с первой секунды знакомства! Но лишь потом можно было понять, что, не смотря на свою внешность, мужчина был добр и весел под стать Нику! Он не просто любил свою работу – он ею жил. И отец Ричарда и Генри был его другом детства, о котором он заботился бы и сейчас, как делал это для его детей, которых считал родными, не случись с Александром ужасной трагедии.
- Столпилось слишком много народа. Мои парни будут держать их в рамках, а ещё будут патрулировать всё здание вокруг, чтобы эти мелкие журналюги не лезли, как таракашки во все щели! Кстати, те журналисты, у которых есть право здесь находится – они со специальными бейджиками, так что если случайно увидите кого-нибудь без бейджа, но с камерой, то смело звоните мне, я решу вопрос сразу! - проговорив свою речь с необычным милым акцентом, Гордон вдруг замолчал, широко улыбнувшись, - Классно выглядите, девчонки! Глаз не оторвать! Был бы я лет на 20 моложе!....Эх!
Не ожидания ничего подобного мы с Софи рассмеялись, переглянувшись.
- Спасибо, Гордон! Мы старались соответствовать вечеру!
- И у вас это отлично получилось! – подмигнул нам мужчина, прежде чем удалился в очередной раз проверять своих парней из числа охраны.
И, не смотря на свой настрой, мы действительно старались выглядеть, как можно лучше.
«ДЛЯ СЕБЯ!» - как мантру повторяла я себе, прекрасно понимая, что это далеко не правда.
Я снова хотела увидеть молнии в синем водовороте глаз, в последний раз. Сегодня вечером.
А утро принесет с собой новый день, который я сама для себя решила начать с чистого листа, без Ричарда и его семьи.
Проблема была в том, что я боялась растаять в нем и забыть все свои стремления и намерения.
Лучше было бы не приходить.
Нервно я разгладила воздушную юбку своего длинного платья в пол, бежевого цвета, которое облегало фигуру до бедер, струясь мягкими невесомыми волнами. Мне казалось это платье простым, сдержанным и вполне соответствующим моему настрою – минимум эмоций, максимум покоя.
Лишь верх платья был прозрачной сеточкой, на которой были вышиты замысловатые узоры сотнями сверкающих страз, отчего платье становилось весьма нарядным и далеко не будничным. Шпильки. Распущенные волосы, которые струились по плечам мягкими локонами, и любимые духи – это всё, что было на мне сегодня.
Софи бегала в облегающем черном платье до колен с открытой спиной и высокой прической, на своих любимых черных Лабутенах, а Рози должна была приехать позже в компании бабушки и других сестричек с клиники Ричарда, которые тоже были приглашены на открытие.
-Кэтрин, кабинет готов, распишись мне в бумажках, и я поеду, - когда передо мной возник наш замечательный прораб, я улыбнулась, взяв в руки документы.
Кабинет Генри был сюрпризом для нашего здоровяка! И над ним трудились больше всего!
Эта команда рабочих показала себя прекрасными работниками, поэтому я смело поставила подписи во всех нужных местах бумажек, поманив к себе Софи, которая носилась с официантами, выслушивая какие-то их просьбы.
- Кабинет готов, детка, - улыбнулась я ей, показав документы и подписанный акт приемки работы, когда подружка быстро подошла к нам, - Так что после салюта Генри будет ждать долгожданный сюрприз!
- Просто прекрасно! – улыбнулась довольная Софи, и в ее голубых глазах сияло чистое небо, не обремененное болью или душевными терзаниями, которые мучили меня каждую секунду пребывания здесь. Поэтому кивнув подруге, я снова углубилась в изучение бумаг, краям уха слыша, как усилились в несколько раз крики зевак на улице, словно приехала какая-то звезда и защелкали объективы фотоаппаратов, но подняла голову, лишь когда услышала отрывистый судорожный вдох подружки.