tне догнал меня.
Это сделала Софи, которая растеряно и пронзительно заглядывала в мои глаза, чуть хмурясь:
- Кэти, что случилось? Вы поругались с Ричардом?
- Нет, мы не ругались.
- Что же тогда произошло? – допытывалась подружка, шагая рядом со мной, как можно дальше от Ричарда, не понимая, что я была на грани душевного взрыва, боясь даже говорить о нем.
- Ничего не произошло.
- Кэти, я же вижу…
- Софа, умоляю, не дави на меня, – на секунду я остановилась, спрятав лицо в дрожащих ладонях. Я и не думала, что находиться рядом с ним будет так тяжело, - Я всё расскажу тебе позже…когда буду готова…давай просто забудем об этом пока что?
Подруга посмотрела на меня печально и серьезно, крепко обняв своими ручками:
- Хорошо, Кэти, как скажешь.
- Вот и отлично, а теперь давай работать…- пробормотала я, надеясь, что только работа отвлечет меня от Ричарда и мыслях о нем.
Скоро мы вернулись в украшенный холл, который очень быстро стал наполняться приглашенными людьми.
Красивые, богатые, молодые и пожилые, мужчины и женщины, все они улыбались и тепло жали руки Генри и Ричарду, которые галантно встречали каждого у входа, приглашая пройти.
Братья вежливо улыбались, и, казалось, просто сошли с глянцевой обложки журнала, своими манерами, свои видом. Они были потрясающими и идеальными.
Но чтобы они не делали, их взгляды были направлены на нас.
Я чувствовала это постоянно, стоя рядом с Софи, или осторожно лавируя между официантами, приветствуя гостей, которых не знала, и стараясь улыбаться, как можно правдоподобней.
Глава 107.
Но, надо признаться, среди этого общества оказалось достаточно много милых и хороших людей, которые пожимали нам руки и благодарили на красивый прекрасно организованный вечер. Многие с большим теплом отзывались об отце Ричарда и Генри, вспоминая его, и искренне горюя о его кончине.
А ещё приехала мама Генри.
Ничего не подозревающая о клинике, приглашенная сыном якобы в ресторан, чтобы отпраздновать её день рождения, которое было сегодня.
Я никогда не забуду её красивых глаз, полных слез, восторга и огромной любви, когда она прикрыла рот рукой, огромными голубыми глазами глядя на здание, построенное её умершим мужем, и широко улыбающихся сыновей.
Никогда не забуду, как она плакала абсолютно шокированная и такая счастливая!
Как обнимала и целовала Генри и Ричарда, не веря в происходящее.
Признаюсь, что в этот момент многие едва сдерживали свои слезы, а некоторые женщины плакали тоже…как мы с Соней и Рози, чувствуя в этот момент, что все наши старания, бессонные ночи и жуткая усталость были не напрасными.
Мама Генри оказалась очаровательной, красивой женщиной, с невероятной улыбкой и такой добротой во взгляде, что в одно мгновение становилось совершенно понятно, почему отец Генри и Ричарда любил её так, что решил оставить другую семью. Аура нежности и тепла буквально струились от неё, когда она шла по залу, обнимая знакомых и ласково улыбаясь.
Она походила на ангела своими светлыми волосами и бесконечно добрыми глазами.
И теперь становилось понятно, откуда было столько добра в глазах Генри, и от кого ему досталась его улыбка, от которой сердце таяло.
«Мама Тез» - так называли миссис Ричардсон Ник и Дэмиен.
Так мысленно называли эту прекрасную женщину и мы с Софи, когда она подошла к нам со счастливыми слезами в уголках красивых глаз. Она обнимала и целовала нас, гладя по волосам, называя дочками, и её любовь была столь огромной и безграничной, как океан в глазах её сыновей.
Генри и Ричард светились от удовольствия и радости, когда увели маму, чтобы показать всю клинику целиком, а затем вернулись к нам, оставив маму Тез с её подругами на террасе.
И, надо признаться, что в какой-то момент я даже расслабилась, начиная получать удовольствие от вечера, если это можно было так назвать, учитывая все события последних дней, когда жизнь снова дала пинка под зад.
Генри и Ричард встретили всех приглашенных, включая персонал клиники Ричарда, а так же нашу красотку Рози, которая приехала не вместе с бабушкой, как планировалось, а с Дэмиеном.
Облаченная в бирюзовое платье в пол, с обнаженными плечиками, пышной грудью в декольте, и сексуальным разрезом на струящейся юбке, откуда при ходьбе была видна стройная ножка в высоких шпильках, эта чаровница буквально плыла рядом с Дэмиеном, который гордо вышагивал рядом. В этот вечер её пышные каштановые волосы были аккуратно собраны на затылочке в сдержанную прическу, а карие глаза блестели так, что никакой блеск драгоценных камней не сравнился бы с ними.