Выбрать главу

Девушка развернулась и быстрым шагом пошла к дому. А я на неё уже не смотрел: мой взор был прикован к звёздам.

— Эй, Майк! — внезапно услышал я.

Кира стояла в шаге от входной двери. Улыбнувшись, она продолжила:

— Когда будешь врать в следующий раз, то делай это хотя бы уверенней.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

8. Личный сорт героина

— Если Бог действительно есть, то он стоит прямо передо мной! — закричала во весь голос Кира, бросившись мне на шею.

Пока я тупо стоял и пытался понять, что здесь происходит, девушка тихонько шептала мне на ухо, что очень благодарна за всё, что я для неё сделал и делаю до сих пор.

— Помнишь, вчера я сдавала тот идиотский тест по математике, который провалила ещё месяц назад? — Я кивнул. — И угадай: кто получил высший балл? — Забавно прикусив нижнюю губу, Кира начала указательными пальцами обеих рук указывать на себя. — Да, чёрт возьми, я сделала этого лектора! Да я этим тестом самого Архимеда уделала!

К слову, учить Киру математике для меня было довольно долгим шествием по всем кругам ада. И далеко не единичным.

— До Архимеда тебе далеко, но я очень рад за тебя. — Искренне улыбнувшись, я легонечко обнял её.

***

Кира, которую я знал, стала сильнее. Она наконец начала жить своей жизнью, ни о ком и ни о чём не задумываясь.

Вскоре девушка поняла, кто из её друзей действительно друг, а кто только рад всяческим неудачам. Она доказала брату, что довольно самостоятельна. Наконец прекратила опаздывать и стала ответственнее относиться к учёбе. А дядя больше не вешал на девушку ярлык лучшей студентки, потому что Кира сообщила ему, что будет художником.

Скажу честно, я знал, что это было благодаря моему надзору. И это чертовски мне льстило.

Кире же нравилось меня хвалить и видеть, как мне неловко.

Но каждый день был пыткой для меня. Сто́ило мне проводить её до дома, как ноги становились ватными. Когда она с улыбкой на лице шептала «До встречи!», где-то глубоко в душе я кричал, срывая голос, выдирал с головы отросшие волосы, ревел и умолял девушку, чтобы та осталась. Но Кира уходила. Всегда.

Дома, в одиночестве, я оставался один на один с голодом. Я не боялся его. Я боялся, что больше не смогу увидеть Киру.

Когда я понял, что она стала моим личным сортом героина? Увы и ах, я уже не помню.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

9. Ревность и её пороки

В тот день я наслаждался ароматным кофе, внимательно наблюдая за Кирой. Не тая улыбку, я смотрел, как она брезгливо вытаскивает из своего бургера солёные огурцы. Покончив с ними, девушка широко раскрыла рот и откусила большой кусок. Потом ещё один. И ещё.

— Ты хотя бы жуёшь или же сразу глотаешь? — не выдержав, засмеялся я.

Моя стальная рука, держа салфетку, аккуратно вытерла с её щеки капельку кетчупа. На миг показалось, что изумрудные глаза Киры стали шире, а на щеках загорелся алый румянец.

— Не смотри так на меня, — спокойно отмахнулся я. — Ты ведь не хочешь напугать возможного жениха своей неопрятностью? — улыбнулся я, взглядом намекая на компанию юношей, сидящих напротив нашего столика.

Скажу честно: я ревновал. Когда они пялились на неё, я готов был взорваться от недовольства. Мне хотелось схватить Киру за руку, привести к себе домой, спрятать под одеялом и повесить ей на шею табличку с надписью: «Не смотреть! У меня уже есть парень. Это мистер Железная рука!» Но я надел на себя маску пофигиста, потому что тупое чувство «я ревную свою девушку, которая вовсе не моя девушка и, может, никогда ею не будет» никак не было мне по душе. Так что я даже пошутил по этому поводу.

— Ни один из них не может быть моим женихом, потому что мне нравится абсолютно другой типаж парней! — Кира слегка надула губки.

Бремя с души свалилось, но осадок беспокойства и дискомфорта всё же остался. «Неужто она влюблена в кого-то?» — мысленно предполагал я, провожая девушку домой, пока она не нарушила молчание:

— Почему ты ничего не ел?

— Видишь ли, я не чувствую голода, — попытался я объяснить.

Но когда я ввалился в свою квартиру, у меня заурчал живот.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

10. Подгоревшее печенье

Однажды утром по дороге на работу я совершенно случайно встретил брата Киры. Томас спросил меня, что это я делаю с его сестрой, что она так круто изменилась. Я лишь пожал плечами: