Партнерша Горбушина танцевала легко и все время немного кокетничала с ним. Они довольно долго танцевали только друг с другом.
Возвращаясь к столу, Горбушин услышал слова Рип, сказанные с явным раздражением:
— Пригласите меня, бригадир!
— С удовольствием, Рип… — остановился он и сел на диван рядом с девушкой.
— Даже с удовольствием? А я было подумала, что сегодня для вас не существую.
— В таком случае вы сегодня непохожи на себя.
— Ну, вы говорите неправду, и, очевидно, уже по привычке.
— Конечно, неправду! Специалистка по этому сложному вопросу ваша ташкентская подрана, с которой вы упорно отказываетесь меня познакомить. Сейчас она наверняка согласилась бы со мной, что правду говорю я, а вы даже не краснеете.
— Серьезно?.. — ярко улыбнулась Рип.
— Судите сами, похожи ли вы сегодня на себя. Ваше главное качество — агрессивность… Вы непобедимы, потому что всегда агрессивны.
— Прекрасный комплимент для девушки…
— Комплимент я еще только собираюсь вам сделать. Несколько ночей назад я увидел вас во сне вот в этом платье. Знаете, как оно сверкало? Я даже смутно различал ваше лицо.
— Но это комплимент моему платью, а не мне!
— А кто был в платье?
— Ужасно какое серьезное открытие…
— Пользуясь вашим хорошим настроением, Рип, хочу спросить… Когда вы перестанете сердиться на Горбушина?
— Меня в агрессивности обвиняете, а сами? Успокойтесь, нисколько я на вас не сержусь, да вы и не стоите того, чтобы на вас долго сердиться. Скажите мне лучше вот что… Я слышала, вы собираетесь в Пскент. Вы поедете туда первого декабря?
— Да, по окончании здешнего монтажа. В Пскенте тоже строится хлопкозавод, установим там одну машину.
— И сколько времени вы будете там работать?
— Один месяц. Второго января — алейкум ассалам, Средняя Азия…
— В Ленинград?
— Предполагается, в Баку. За нас думает наше начальство. А мы с Шакиром — вечные странники.
— Скажите, пожалуйста, вот что… Вы хорошо знаете Ленинград?
— Там я родился и вырос.
— Улицу Белинского знаете?
— Да, конечно…
— Где она расположена? И вообще… Хорошая улица, большая?
Горбушину показалось, что Рип утратила уверенность, заговорив о Ленинграде, и он внимательно посмотрел ей в лицо.
— Во-первых, она расположена в самом центре города. Во-вторых, улица небольшая.
— Красивая, нет?
— У нас все улицы красивые. У вас там знакомые?
— Есть… — Рип явно смутилась. Горбушин помолчал, ожидая дальнейшего, и девушка продолжала уже иным тоном: — Я родилась в Пскенте, и завод, о котором вы говорите, находится вблизи нашего дома. Отец все ждет, скоро ли его построят, и часто ходит его смотреть. Впрочем, теперь уже не ходит. Две недели назад он перевелся туда работать. Он джинщик.
— А что это такое? Какая у него работа?
— На станке «джин». Станок многочисленными иглами расчесывает хлопок, превращая его в волокно.
Горбушин задумался. Его заинтересовали слова Рип о Ленинграде и то, что она смутилась, а затем поспешно перевела разговор на прежнюю тему. Не означает ли это, что ему не следует расспрашивать ее о Ленинграде? Да, он не хотел ошибиться, зная, что никакой ошибки Рип ему не простит. Да, ему приятно было услышать, что она из Пскента. Но обещает ли ему это совпадение встречу с девушкой и там, в ее городишке? Сейчас он выяснит, как туда проехать. Ведь ноябрьские праздники не за горами.
— Рип, мне очень важно знать, построен завод в Пскенте или только еще строится.
— Два месяца назад он строился, а что там теперь, я не знаю. Во всяком случае, — она улыбнулась, — мне кажется, там девушка не расплачется и вам не придется показать себя в роли ее спасителя.
— О чем нельзя не пожалеть… Я люблю спасать девушек, особенно таких большеглазых, как вы.
Рип встревоженно посмотрела на сидящего рядом Гаяса, но в эту минуту завертелась новая пластинка. Рип и Горбушин поднялись, вышли на круг. Они кружились, его ладонь лежала у нее на талии, а глаза были близко от ее лица.
— Сегодня у вас такое же хорошее настроение, Рип, как тогда, когда мы шли со станции, и я с удовольствием вспоминаю об этом.
— Завтра оно будет другим.
— Это предупреждение? — засмеялся он.
— И очень хорошо, что вы меня правильно понимаете, — как будто нехотя прибавила она.