– Не знаю.
– Виталики эти чего?
– Кто?
– У индусов, – Мика свела брови, вспоминая. Антон будто бы невольно хохотнул. – Что там за названием?
– Веталы, духи, которые вселяются в трупы и могут ими управлять. Но от сабжа этот кульбит ушами, думаю, далек. Там про кладбища речь.
– Они живут, где люди людей хоронят, и крадут мертвецов. Не зря же тебе эта связка в голову пришла.
– Пустая догадка вилами по воде, ни о чем и ни зачем. И я, и ты, мы профаны в истории, мифологии. Гугл в борьбе со злом не помощник. Ты сказала, что им управляют, так ведь, вот я и искал, кто управляет. Но ты же не можешь до талого убеждать себя, что поверила в вампиров? Понимаю, тяжело, сложный пиздец период, но цепляться за
фантазии это приговор. Поверишь в одно, потом в другое. Пиши пропало, словом.
– Кто поймет, жив Рус, или нет? Ты же от этой мысли про кладбища отталкивался?
– Очевидно, жив.
– Для кого очевидно?
– Для реальности. Мы заигрались, короче. Целый день на смарку. Время ебучее несется, охренеешь. Мне вечером на репетицию.
– Помоги.
– Нет… Я, кажется, все доходчиво объяснил, баста карапузики. Нуарные детективы уходят на покой.
– Ты мне поможешь, – насколько могла твердо заявила Мика. – Ты обязан мне помочь. Помоги мне. Не трусь.
Антон изменился в лице.
– Не трусь, понял? Ты мужик, или кто? Что ты теряешь? Ничего. Хочешь, отдай меня в дурку, тоже помощь, не спорю. Но сделай что-то, не сворачивай.
– Мы никуда не выезжали.
– Чего ты хочешь взамен? Пусть будет игра в дашь на дашь. Хочешь чего-нибудь от меня?
***
– Оставайся у меня.
Краснощекий, расслабленный, Антон развалился на своем матрасе, широко раскинув руки. Дыхание выровнялось. Штаны не надел.
– Она может заподозрить неладное.
– Он может навредить тебе.
– Не навредил за все время, и сейчас не навредит.
– Ты обижена?
– Нет, все в порядке. Рассчитываю на твою помощь.
– Но я все еще без понятия, в чем она может заключаться. Мы говорим о трех случайных гипотезах из миллиарда, да и с ними-то хрен выкуси.
– Мне страшно, – сказала Меруерт. – Иначе я не могу, не прощу себя. Вернусь домой. Завтра приду к тебе, авось, поймем хоть что-нибудь.
– Хорошо.
Домой Меруерт шла пешком, размышляя и все время теряя мысль. Сбоку от подъезда, на старом щите для бумажных объявлений, которые сто лет никто не клеил, красовалось свежее фото того пропавшего мальчишки и номера телефонов для тех, кто видел его или мог видеть. Мика, глядя на беззубую улыбку парнишки, вспомнила с раздражением, насколько тяжело, или, скорее, принципиально невозможно, объяснить маме, что о детях они с Русом пока и думать не хотят. Дети они чтобы что? Вот так смотреть на оборванца на объявлении о пропаже? Сдать в детдом, где он переживет с горкой, врагу не пожелаешь? Или вкалывать до седьмого пота на памперсы, отказывая себе в элементарных удовольствиях?
***
Она пришла следующим утром. Обычно Мика двери сразу не открывала. Смотрела в глазок,спрашивала, кто, но конкретно этот стук вводил ее в некое подобие транса.
Руки не подчинялись импульсами мозга.
– Привет, красотка! – заявила Жилина, когда дверь открылась. – Дела, самочувствие?
– По нулям.
– Мне тебя жаль, – сказала соседка. – Я не хочу тебе зла. Попалась под руку, бывает. Лес рубят, щепки летят. Уезжай отсюда. Собирай манатки, и уезжай. Мешать не буду. Этот боров тебе для чего? Он и не любил тебя никогда.
– Вам откуда знать?
– Будь уверена, знаю.
– Я не сошла с ума, – сказала Мика больше себе, чем проклятой соседке, от которой исходил практически видимый животный магнетизм. – Ничего подобного. Ты у меня Руса не отберешь!
– Ты ему не нужна, не слышишь, что ли? Мы им не нужны, мы игрушки, аксессуары. Побрякушки не выебываются. Услышь меня. Я правда не хочу причинить тебе зла. Уезжай сегодня. Последний шанс. Надеюсь, поняла и видишь, что я не настроена шутить. Не сейчас. Только не сейчас.
Жилина развернулась и пошла прочь.
– Что в… в вас… Что это такое?
– Ничего особенного, малышка. Кое-что, чего мы заслужили. Мы все. Говорила же, тише будь, новенькая с седьмого, видишь, я жопой чуяла.
***
Антон, надо полагать, ждал. Жилина ждала. Все от Мики всю дорогу чего-то ждали. Мама ждала, папа ждал. Учителя в школе и универе. Рус ждал, подруги, колежанки, зрители. Ну и дураки. Мика сумасшедшая, всего и делов, бракованная.