— И как давно ты его прячешь, Амариэ? — принцесса протянула руку вперёд. Сложно было изображать гримасу спокойствия, когда внутри полыхал пожар. Желание получить толику внимания Роллана было соизмеримо, разве что, с жаждой умирающего в безлюдной пустыне.
Горничная послушно вытянула помятый конверт из тугого чёрного корсета. На её лице выступила толика призрения, тут же спрятавшись за бездушной улыбкой.
— Я сама смогу одеться. Передай отцу, что я буду вовремя.
В ответ последовал немой поклон, и Амариэ поспешила удалится за тяжелыми винтажными дверьми, попутно унося грязное постельное белье.
Сургуч не тронут, и, не изменяя любимым привычкам хозяина, был отпечатан в форме летящей вниз птицы. Балобан — герб принадлежавший иной ветви их семьи, берущей своё начало от первой жены Ангеля Блэкистафф, родившей брата Дорвида — Пэмира.
Дорогая Мэрилин,
Погода в Керчеге совсем испортилась. Ливни, то и дело, не подпускают сон. И холодными длинными вечерами меня согревает мысль о доме.
Гордись. Вардишир может спать спокойно, ведь вчерашняя разведка дала свои первые плоды. Солдатам удалось выследить капрала Гончих. Он вывел нас на след. Ничего не говори герцогу — желаю самолично известить.
Прости. Знаю, подвёл тебя. Надеюсь, только, отборочные были не слишком утомительными и Джонатан, не смотря на всю его заносчивость, стал хорошей временной заменой мне. Иль тебя покинула мысль о рыцарстве? Не знаю, смогу ли тебя прикрыть пред отцом, когда он об этом прознает. Не ручаюсь за мага, но глубоко в сердце, надеюсь на его снисхождение. Возможно, у герцога на тебя другие планы.
Р.
Роллан был прав. Дорвид будет не в восторге от её идеи стать рыцарем. Дочь уйдёт из-под его контроля, отказавшись от его имени и присвоив собственное. В его руках она лишь марионетка, которую можно выгодно продать взамен новым возможностям: сильные союзники и богатые земли никогда не будут лишними. Это лишь укрепит его позиции и усилит влияние в мировой политике. Единственное, что настораживало — слова брата. Он так открыто выразил о возможных планах короля на её голову. Стало быть, ему что-то известно.
А что на счёт Гончих? Этот вопрос касался её меньше всего. Пусть этим занимаются политики: отец, дядя Пэмир, сэр Милитл и Джонатан. Роллан не входил в этот список, но пополнял ряды пешек Дорвида, так страстно желавшем превратить своего сына в некое подобие героя — мученика. Или тот сам пытался им стать? Посмотрите же, несчастный король, который не побоялся продать демонам душу своего ребёнка. Пусть и не родного. Но кто об этом знает? Подарком благородной смерти является благословение большой любви или безумство?
***
Громкий звон пронзил пространство — двое замерли за столом. Звук колокольчиков сулил лишь одно — появление во дворце кого-то еще.
— Сегодня ждём гостей, отец?
Дорвид продолжил трапезу, не спеша отвечать дочери. Он засунул в себя последний ломтик картофеля, после чего неспешно промокнул чёрную бороду салфеткой. Его скулы напряглись.
— Семья Валуа. Я предпочёл бы видеть самого Харвида, но сегодня приехал только его сын. — Герцог посмотрел на Мэрилин серьёзным взглядом, — Рассчитываю на твою сдержанность и гостеприимство.
— Было бы куда благоразумнее известить меня об этом, Ваша Светлость. Терпимостью легче обладать, когда знаешь чего ждать.
— Мясо телёнка куда нежнее, когда не видело страха, — он встал из-за стола, — Проведите принца Эспена в его подготовленные покои. И позаботьтесь о том, чтобы наш гость ни в чем не нуждался. Джонатан?
Высокий мужчина, всё это время стоявший за белоснежной колонной столовой, выступил вперёд. Его светлые волосы упали на глаза. Он опустил голову и прижал руку к сердцу, выражая уважение — королевский маг, собственной персоной. В своём истинном человеческом обличии, Джонатан всё равно походил на кота. Навесистая одежда сковывала движения.
— Ваша Светлость.
Дорвид, ничего не говоря более, покинул залу в сопровождении нескольких стражников. Слуги закружились возле стола, забирая пустые тарелки и стеклянные графины. Немой диалог между этими двумя заставил насторожиться. Джонатан, по примеру своего хозяина, также поспешил удалиться прочь. Мэрилин, понимая, что не сможет оставить дело без внимания, тут же настигла кота в коридоре, предварительно приказав двум оставшимся стражникам оставаться на местах. Ещё утром маг был разговорчив и даже надоедлив, а сегодня вызывал опасения. Болеть тот не мог, ведь обладая очевидно огромными познания в области медицины, способен был излечиться даже от чумы.