Шахтер был обаятелен, остроумен до дерзости и ненасытно интеллектуален. Он один из немногих социопсихологов, избранных в действительные члены Национальной академии наук США. Научные интересы Шахтера имели обширный размах, а связующим их теоретическим звеном являлось исследование влияния социальных факторов на восприятие реальности. Он утверждал, что эмоции формируются окружающей обстановкой.
Выпускник Йельского университета, штат Мичиган, Шахтер начинал карьеру в Миннесоте, в 1961 г. перебрался в Колумбийский университет, где увлекся вопросами, связанными с ожирением, и в 1968 г. опубликовал на этот счет серию статей. В них утверждалось, что толстые люди едят гораздо больше худых, так как особым образом реагируют на сигналы, получаемые извне. Для одних шоколадный кекс — это шоколадный кекс, и не более того, говорил Шахтер, для других — соблазн поистине непреодолимый. Человек худощавый воспринимает время ланча как одну из хронологических точек суточного отсчета, а толстяк — в качестве сигнала, побуждающего усесться за стол и есть. Индивиды нормального веса в гораздо меньшей мере подвергаются воздействию внешней среды и ориентируются не столько на него, сколько на свои внутренние ощущения, они могут дождаться, пока желудок начнет бурчать.
Взгляды Шахтера широко обсуждались и освещались в прессе. Мысль о том, что тучность всего лишь следствие невоздержанности и неспособности сопротивляться соблазнам, как нельзя лучше соответствовала общепринятому стереотипу: толстяки-де бесхарактерные гедонисты и обжоры. Идея простая и привлекательная, как ванильное мороженое в жаркий летний вечер. Кто ж от такого откажется!
Шахтеровская «теория внешнего фактора» была опровергнута одним из его же учеников. В 1977 г. психолог Джудит Родин (в 1993 г. она станет ректором Пенсильванского университета) опубликовала статью, основное содержание которой сводилось к тому, что тучные люди так же редко приступают к трапезе при отсутствии внутренних раздражителей, как и люди с нормальным весом, а внешние раздражители одинаково действуют и на тех и на других. Тем не менее гипотеза Шахтера вовсе не была отвергнута. И научные, и популярные издания хором толковали о поведенческом фундаменте тучности и ожирения; совладай с дурной привычкой — и войдешь в норму.
К началу 1980-х гг. такой подход сделался доминирующим. Процесс насыщения предстал серьезным и несколько рискованным мероприятием, требующим аккуратности и величайшей осторожности. Адресованные массовому читателю книги по диетологии размножались как кролики. Титульные листы многих из них были украшены именами известных и авторитетных медиков. Каждый автор предлагал свои рекомендации, но призывы к постоянной бдительности повторялись почти всеми без исключения. Чересчур упитанных людей учили есть медленно и осознанно, ведя скрупулезный учет поглощенной за день пищи. В одних изданиях им советовали подсчитывать калории, снижать потребление жиров или углеводов, а иногда даже белка. В других призывали поступать противоположным образом. Ежедневному взвешиванию придавался сакральный характер. Мэри Кэтерин Тисон и Роберт Тисон в книге «Психология успешного контроля над собственным весом» предписывали «относиться к показаниям весов как к самому важному в жизни числу».
По всему свету миллионы людей принимали эти советы близко к сердцу. Иных они доводили до пугающих последствий. В 1997 г. журнал «Псайколоджи тудей» опубликовал результаты опроса, из которого следовало, что 15 % женщин и 11 % мужчин готовы пожертвовать пятью годами жизни ради достижения желаемого веса. Подумать только: умереть на пять лет раньше, но зато худым!
Фауст, решившийся столковаться с нечистой силой ради вечной молодости, как говорится, отдыхает. Оно и понятно, если в том же 1997 г. самым популярным на планете телевизионным шоу стала программа «Бейвотч». Ее действие разворачивалось на морском побережье, а участниками были эффектные красотки в бикини и накачанные красавцы в обтягивающих плавках. В «Бейвотч» стройность и телесное здоровье ставились во главу утла, и идея эта культивировалась повсеместно. Ты ладно скроен — значит, превосходство на твоей стороне, билет в сторону счастья и преуспеяния — твой. Так говорила пропаганда. На самом деле все обстояло совершенно иначе. Мы не выглядели как участники шоу. По нашу сторону экрана мир был толст как никогда.
ГЛАВА 3
Врожденные причуды
Некоторые люди толсты, потому что такова их неизменная природа.